От травли — к пластическому хирургу

От травли — к пластическому хирургу

Слово plasticus, от которого произошел термин «пластическая хирургия», в переводе с латыни означает «ваяющий». Еще век назад к врачам, специализирующимся на операциях на лице, обращались люди, которые имели значительные дефекты внешности. А сегодня поход к ним стал почти такой же обыденной вещью, как визит к косметологу или мастеру маникюра. Однако, несмотря на это, о работе пластических хирургов обычным людям известно не так много, и мы решили восполнить этот пробел.

Как выбрать хирурга

От травли — к пластическому хирургу

© vladislav_grigoryants / instagram  

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!

Оценим за полчаса!

Признаки хорошего хирурга:

  • Хирург не демпингует, не торгуется и не продает «два носа по цене одного». Цены соответствуют рыночным, характерным для данной страны и города.
  • У хирурга есть диплом о высшем медицинском образовании, сертификаты повышения квалификации и посещения международных конференций и симпозиумов. В идеале — если хирург входит в ассоциацию или общество российских или европейских пластических хирургов.
  • В интернете можно найти отзывы о хирурге, которые написаны реальными людьми, имеющими настоящие профайлы. На 100 % позитивные отзывы как под копирку должны насторожить. К сожалению, в нашей сфере очень много заказных отзывов, как положительных, так и отрицательных. Горькая правда.
  • Чтобы понять, стоит ли доверять в целом медицинскому центру, где оперирует хирург, узнайте, работает ли в нем команда анестезиологов-реаниматологов. В надежном центре она всегда есть.
  • Вас не просят внести оплату за операцию ДО консультации: хороший хирург может и отказать в операции, если не увидит в ней необходимости. Сомнительному хирургу важен поток клиентов.
  • Хирург может всегда ответить на вопрос: «А что, если что-то пойдет не так и результат будет неудовлетворительным?» Ответом на этот вопрос не должно быть: «У меня такого не бывает», «На месте разберемся» и «Сплюньте через левое плечо и постучите».
  • Наличие звездных пациентов не является показателем того, что хирург замечательный. Желающих сделать операцию по бартеру («лишь бы у кого, главное — бартер») очень много, особенно среди блогеров.
  • Если вам интуиция говорит: «Это не твой хирург» — верьте ей.

На ком тренируются пластические хирурги

От травли — к пластическому хирургу

© vladislav_grigoryants / instagram  

Если вас всегда интересовало, где пластические хирурги проходят практику, то сейчас я скажу страшное: да, мы делаем грудь неживым людям. И да, с их разрешения (на всякий случай, а то начнется). Разные методы установки имплантов, подтяжка, разрезы — все отрабатывается на кадавер-курсах, никаких экспериментов и «А вот если тут надрежем, что получится? Ой, не получилось!» на живых пациентах.

Я практикующий хирург с очень большим опытом, но ради безопасности своих пациентов я ежегодно прохожу подобные курсы в Европе.

Кому откажет пластический хирург

Автор иллюстрации Julia Orlova

  • Недавно мне подписчица в инстаграме задала интересный вопрос: «Если пластическая хирургия нужна, чтобы улучшать жизнь и делать людей счастливыми, откуда все эти люди, которые не успокаиваются, пока не сделают из себя с помощью пластики чудовище?» ⠀
  • Как правило, те, кто пилит нос по 5 раз, пока тот не отвалится, копит на операции (одну, вторую, третью), не воспринимает свою внешность позитивно, какого бы размера грудь ни поставили и какой бы округлой попу ни сделали, делятся на 3 категории:
  1. Дисморфофобическое расстройство. Пациент зациклен на определенной части тела и своем образе в целом. К какому бы хирургу такой пациент ни пошел, ему все равно не понравится результат. Тут может помочь только хороший психолог. Примером может служить Майкл Джексон.

  2. Фрики. Все те персонажи, кому нужна странная внешность для эпатажа и заработка. Все эти Барби, Кены и люди-кошки.

  3. Ну и моя «любимая» категория: те, кто насмотрится на фото селебрити и блогеров и срочно летит кромсать и резать себя «под этого блогера», лепить вторую Джоли и Кардашьян.

    Это пациенты из разряда «Продам почку за ее нос» и «Влезу в долги груди ради». Самое интересное, что, даже если и дашь такой пациентке нос «как у…», она останется недовольна.

    Либо потому, что нос не подходит ее внешности, либо потому, что он все равно не сделает ее похожей на объект обожания.

Вывод? Основной принцип пластического хирурга, как и любого другого врача, — «Не навреди». Поэтому я искренне считаю, что хирурги не должны брать на операции пациентов из этих 3 категорий.

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!
Читайте также:  Non/fictio№ 19: главные события для детей и родителей

Оценим за полчаса!

Топ страхов пациентов

Автор иллюстрации Julia Orlova

  • «А вдруг я себя не узнаю с новым носом…» Девушки, ну давайте будем честными. Нос — это ничтожная малость по сравнению с тем, какие изменения на лице творите вы с помощью макияжа, филлеров и этих ваших приклеенных ресниц и волос.
  • «А вдруг я не проснусь после операции…» А что делать? У нас ограниченное количество палат, складывать таких любителей «поспать» некуда. Придется просыпаться!
  • «А будет шрам после ринопластики?» Вопреки страхам, шрам после такой операции не будет вокруг шеи, от уха до уха. Более того, через пару месяцев его воообще не будет.
  • «А если у меня имплант взорвется в самолете?» Если бы это было возможно, импланты стали бы любимым оружием воздушных террористов. Не взрываются импланты, даже если их сильно жамкать на высоте в 10 тыс. метров.
  • «А импланты увеличивают риск онкологии груди?» Риск рака груди увеличивает ваша генная предрасположенность, а также панические мысли о раке, но никак не импланты.
  • «А вдруг я не смогу кормить детей?» Сможете. Если у вас простое увеличение груди, то сможете.
  • «А вдруг новая грудь отвиснет?» Обязательно отвиснет. Лет через 10–15. Равно как и отвиснет натуральная.

О «страшном» наркозе

От травли — к пластическому хирургу

  • «Сколько лет жизни отнимет у меня наркоз?» Современная анестезия никак не сказывается на продолжительности вашей жизни. Количество выпитой вами текилы сказывается, курение сказывается, количество нервных клеток, потраченных в попытке что-то доказать, также сказывается. Анестезия — нет.
  • «Могу ли я проснуться во время анестезии и буду ли страдать?» Проснуться можете, страдать — нет, так как вам моментально добавят дозу релаксантов и вы вновь заснете. Анестезиолог не на глаз определяет, что и в какой дозе вам вводить. У него есть аппаратура и мониторы, которые всегда сообщают вашу «фазу». И если вам посредине операции приспичит встать и гордо покинуть операционную, будьте уверены, мы вам этого не позволим.
  • «Есть противопоказания?» Абсолютных противопоказаний нет. Точка. Есть индивидуальные случаи, они обсуждаются с анестезиологом.
  • «Могу ли я умереть во время анестезии?» Шансы, что вам «выправят» нос в подворотне с летальным исходом, гораздо выше шансов умереть на операционном столе.
  • «Сколько раз в течение жизни можно делать анестезию?» Очень странный вопрос. Как будто, если вы сделаете анестезию при ринопластике, на анестезию при экстренном кесаревом сечении вас не хватит. Пока анализы в норме — делайте на здоровье. Но учтите, что организму понадобится время прийти в себя после общего наркоза и «перезапуститься».
  • «Будут ли провалы в памяти?» Обычно не бывает, но на этот случай у вас на руках остается контракт, где вашей же рукой написано, как вас зовут и где вы живете. Выучите заново, не проблема.

Вроде все… А, чуть не забыл: НЕ СОКРАЩАЕТ ЖИЗНЬ, НЕ СОКРАЩАЕТ, НЕ СОКРАЩАЕТ!

О том, чего боятся хирурги

От травли — к пластическому хирургу

© Depositphotos  

Меня часто спрашивают: «А вам не страшно оперировать?» Если вспомнить мои первые операции более 10 лет назад, то да, наверное, было слегка не по себе. Но это чувство уходит с опытом, когда каждое действие становится отточенным до автоматизма.

Мне кажется, если меня в 5 утра разбудить и поставить оперировать без сырников и кофе — буду очень не в духе, но нос или грудь выйдут красивыми. Вы думаете, что во время операции все напряжены и сосредоточены? Бросьте, такого количества шуток и смешных историй, как во время операций, я нигде больше не слышу. Эх, сколько всего пропускает пациент!

О комках Биша — самой «звездной» операции последних лет

От травли — к пластическому хирургу

© Otto Placik / wikipedia  

Комки Биша — это симметричные жировые образования, расположенные под мышцами щек. Считается, что они играют важную роль при жевании и сосании, помогая скольжению мышц, — особенно если речь идет о младенцах. В последние годы женщины стали активно удалять эти комочки с помощью пластических хирургов, чтобы придать лицу большую «скульптурность»: сделать щеки впалыми, а скулы — более заметными.

От травли — к пластическому хирургу

© Evan Agostini/Invision/AP/East News   © Invision/Invision/East News  

Почему не надо удалять комки Биша:

  • С точки зрения эстетики показаний к удалению комков Биша нет. Это бессмысленное вмешательство. С равным «успехом» вы можете выделить скулы, удалив последние в ряду зубы.
  • Это технически легкая операция, с которой зачастую начинают строить свою карьеру молодые хирурги. В Америке ею давно переболели, отпустило.
  • Профессиональный пластический хирург никогда не предложит вам избавиться от жировой ткани в щеках, чтобы удалить ее «просто так». Эту жировую ткань можно эффективно применить для объемной пластики тех же скул, а также для коррекции возрастных изменений лица.
  • Эти «ненавистные» жировые комки с возрастом еще вам понадобятся! После 40 лет средняя зона лица начинает терять объем, из-за чего исчезает четкость контура лица.
  • Удаление комков Биша не даст вам того эффекта, который вы видите на фотографиях звезд и скуластых моделей (исключение — девушки, у которых действительно переизбыток жировой ткани). Чтобы эффект был таким, каким большинство девушек его хотят видеть, нужно проводить удаление комков только в совместной процедуре по увеличению скул (и именно результаты таких совместных операций вы чаще всего видите на фото).
  • Через 5–10 лет после удаления комков Биша на месте удаления будут образовываться некрасивые провалы, складки, мимические морщины (вспомните пожилых людей, у которых щека западает под скулу из-за отсутствия зубов).

Что такое диастаз и чем он грозит

От травли — к пластическому хирургу

© Depositphotos  

После родов нередко происходит расхождение мышц передней стенки, которое делает эту зону как бы раздвоенной и выдающейся вперед (особенно это заметно после еды, когда вы начали со «съем одну печеньку» и неожиданно закончили батоном с колбасой и пельменями).

Упражнения и диета в случае диастаза бессильны — мышцы обратно сами не сойдутся. В большинстве случаев абдоминопластика – наилучший выход. Но не все формы диастаза надо лечить операционным методом. Если расхождение мышц живота незначительное и нет других проблем с этой зоной — операция не требуется, жить можно.

Чем опасен диастаз? В целом это проблема чисто эстетического свойства, но сильное ослабление мышц пресса увеличивает риски образования грыж и опущения внутренних органов, чего желательно избегать.

О том, почему иногда пластика носа — необходимая мера

От травли — к пластическому хирургу

© Depositphotos  

Иногда операция — необходимая мера, поскольку искривленная носовая перегородка не позволяет нормально дышать. Однако причина затрудненного дыхания не всегда в ней. Как узнать, в чем? Правильно, идти к оториноларингологу и выяснять причину.

А теперь внимание, самое важное: если вам будет предписана операция по исправлению перегородки (септопластика), советую сразу подумать, устраивает ли вас форма вашего носа или нет. Если нет, идите не к лору, а к пластическому хирургу (или лору — пластическому хирургу) и делайте сразу риносептопластику.

Во-первых, это будет одна операция, а не две (меньше стресса для организма). Во-вторых, это будет дешевле. Например, вы сделали септопластику по показаниям.

Через некоторое время вы поняли, что Мистер Бин в зеркале вас не устраивает и срочно нужна Меган Фокс, и решились поменять форму носа. Приходите к хирургу — а у вас операция считается уже повторной.

И стоит это обычно на 20–30 % дороже, чем первичная.

О пластике груди — самой популярной операции в мире

От травли — к пластическому хирургу

© Depositphotos  

Неправильно подобранный размер импланта может привести к различным проблемам. Поэтому, если вы худенькая женщина, с маленькой грудной клеткой, но лавры Памелы Андерсон не дают вам покоя, советую пересмотреть ваши вкусовые предпочтения. Имланты, кстати, бывают разные.

  • Текстура поверхности. Бывают импланты гладкие и текстурированные. Гладкие импланты приживаются гораздо хуже текстурированных, организм их чаще отторгает. Текстурированные импланты приживаются, наоборот, хорошо, но при неправильном подборе текстурированных имплантов и неправильной установке, вокруг импланта может образоваться твердая оболочка из тканей, которая будет вызывать боль и дискомфорт.
  • Форма. Форма может быть круглая или анатомическая. Анатомическая смотрится очень естественно и красиво. Если правильно подобрать профиль импланта, объем груди в верхней части с анатомическими имплантами будет не хуже, чем с круглыми. Круглые рекомендую, если вы активно занимаетесь профессиональным спортом и есть риск того, что импланты будут переворачиваться. Если круглый перевернется — вы не заметите, а вот если перевернется анатомический, то грудь как минимум будет очень смешной.
  • По наполнению. Импланты могут быть солевыми, силиконовыми, полимерными, смешанными. Идеальный вариант — высококогезивные силиконовые импланты, они же импланты «с памятью». Даже при повреждении такого импланта грудь сохраняет идеальную форму, ничего не вытекает — ни через пупок, ни через уши.
Читайте также:  Как продвигать учебное заведение в соцсетях?

Бонус: капризный пациент

А как вы относитесь к пластической хирургии? Хотели бы что-то изменить в своей внешности или вас все устраивает?

Фото на превью vladislav_grigoryants / instagram

Источник: https://www.adme.ru/zhizn-nauka/plasticheskij-hirurg-rasskazal-o-svoej-professii-i-o-tom-pochemu-operaciya-byvaet-neobhodima-a-poroj-ne-nuzhna-sovsem-2206415/

3 вопроса пластическому хирургу о SMAS-лифтинге — Plastica.Top

В руках пластических хирургов сосредоточены настолько удивительные ресурсы, что благодаря ним в буквальном смысле можно остановить бег времени и вернуть практически любому человеку молодость.

Причем техники проведения операций с каждым годом совершенствуются, появляются новые методики, которые отличаются сравнительно высокой эффективностью.

В качестве примера можно привести распространенную сегодня операцию SMAS-лифтинга.

Что это за техника, кому она показана, как проходит операция, с какими проблемами она позволяет бороться – эти вопросы подробно осветит пластический хирург Ковалькова Евгения Николаевна, активно применяющая в своей практике методику SMAS-подтяжки лица.

Когда стоит обращаться к SMAS-лифтингу?

Мягкие ткани лица со временем утрачивают тонус, становятся менее упругими. Этот процесс протекает под действием разнообразных факторов, но к 35-40 годам изменения уже становятся заметными.

До этого возраста , как правило, пациенты пользуются более щадящими методами ухода за лицом.

А вот у пациенток, перешагнувших рубеж 40-60 лет, именно SMAS-лифтинг и дает самый заметный и потрясающий результат.

От травли — к пластическому хирургу

Список проблем, с которыми удается бороться за счет этой операции, впечатляющий. Так, круговую подтяжку можно делать, если у пациента наблюдаются:

  • смещение овала лица (так называемые «брыли»);
  • кожные складки на подбородке и в верхней части шеи;
  • глубокие мимические складки у рта, носа, под глазами.

Особенностью SMAS-лифтинга является то, что операция позволяет устранить возрастные изменения не только на лице, но и отчасти скорректировать складки на шее, добиться БОЛЕЕ выраженного эффекта общего омоложения, чем обычная подтяжка лица, без видимых рубцов и шрамов. При использовании именно этой методики , пациентам удается внешне помолодеть на 15-25 лет.

Как проходит операция?

Операция SMAS-подтяжки на лице проводится под общим наркозом. Ее средняя продолжительность – 3,5 – 4 часа. При этом решаются сразу проблемы средней части шеи; нижней, средней и верхней части лица, за исключением височной области. Пластика височной области, по необходимости, тоже включается в общий объем операции.

От травли — к пластическому хирургу

Примечательно, что все разрезы хирург выполняет в тех местах, где имеются естественные складки кожи, либо участок скрыт под волосами.

Например, распространенный вариант, когда доступ формируют в заушных впадинах. Благодаря такой особенности после SMAS-лифтинга не остается видимых следов.

Кстати, этим пользуются многие звезды шоу-бизнеса, которые предпочитают круговую подтяжку всем остальным методам омоложения.

Поскольку пластический хирург перемещает и закрепляет мышечно-апоневротический слой(SMAS), расположенный под кожей, и являющийся опорой для мягких тканей лица, то результат операции более стабильный, и сохраняется на длительное время ( от 10 до 18 лет).

Как протекает восстановление после SMAS-лифтинга?

Круговая подтяжка лица – это достаточно серьезный вид хирургического вмешательства. Поэтому после операции пациент обязательно в течение суток находится в стационаре под присмотром врача и медицинского персонала.

Общий дискомфорт в области лица может ощущаться на протяжении нескольких дней. Также нужно быть готовым к тому, что на протяжении нескольких недель лицо будет отечным. Чтобы снизить возможные болевые ощущения и сократить риск осложнений, врач непременно назначает обезболивающие препараты и подбирает индивидуальную антибактериальную и восстанавливающую терапию.

Видимый отек будет сходить постепенно. Обычно на это требуется от 14 до 21 дня.

Швы снимают на 7-10 сутки, либо накладываются рассасывающиеся нити и используется хирургический клей.

В отличие от обычной пластики лика, повязка при SMAS-лифтинге снимается на 4 сутки, а не через две недели. Это значительно облегчает послеоперационные ощущения.

Окончательно результат SMAS-лифтинга оформится через 3-6 месяцев и продержится до 10-18 лет.

В последующем, для сохранения молодого вида лица, рекомендуется следить за состоянием кожи, не допускать её старения. В качестве поддерживающей терапии можно рекомендовать пациенткам мезотерапию, биоревитализацию, введение филлеров .

Видео: SMAS-лифтинг

Источник: https://www.plastica.top/stati-o-plasticheskoj-hirurgii/3-voprosa-plasticheskomu-hirurgu-o-smas-liftinge

До жути откровенный, но очень любопытный Instagram пластического хирурга

На днях в социальных сетях разошлись фотографии из весьма натуралистичного инстаграма пластического хирурга с подписью: «Думаете, у вас недостаточно привлекательный контент для инстаграма? Вот, например, инстаграм пластического хирурга. Добро пожаловать в Сайлент Хилл».

Хирург Светлана Гагарина выкладывает фотографии и видео с пациентами до и после операций, приоткрывая завесу над тем, что происходит в клиниках, где людям не только исправляют тело, но и повышают уверенность в себе.

Насколько это этично, мы не беремся судить (наверняка все публикуется только с согласия пациентов).

Однако совершенно точно можно сказать: не одними гламурными девчонками и котиками жив Instagram, и, если вы стесняетесь выкладывать селфи, после этого вы можете начать гордиться своими снимками и собой. Не все так плохо.

От травли — к пластическому хирургу

«Счастливые пациентки и из селфи».

Светлана Гагарина — выпускница Московской медицинской академии имени И.М. Сеченова.

Через два года после окончания вуза она прошла дополнительную подготовку по части пластической хирургии на медицинском факультете РУДН и с тех пор активно оперирует пациентов. В 2002 году она открыла собственную клинику.

Светлана Гагарина — профессор, доктор наук. Кстати, тема ее диссертации — «Коррекция наружных половых органов у больных с пограничными психическими расстройствами».

«Ровно неделя после симультанной операции: удаление имплантов+редукционная маммопластика+полная абдоминопластика».

«3 недели после проведённой полной абдоминопластики с транспозицией пупка, устранен диастаз прямых мышц живота, проведена липосакция фланков».

«1,5 месяца после увеличения груди. Пациентка прислала из отпуска фото, очень довольна результатом».

«2 месяца назад пациентке было выполнено одномоментно Увеличение груди, устранение проза и асимметрии. Неделю назад была первая шлифовка. Сегодня делаем второй этап».

  • Светлана Гагарина с пациенткой.
  • Но лучше все-таки в спортзал, пока не поздно.

Источник: https://BigPicture.ru/?p=876933

От травли — к пластическому хирургу

Исследователи факультета психологии Университета Уорвик (University of Warwick) провели опрос среди подростков 11-16 лет, которые с той или иной стороны участвовали в травле — то есть либо тех, кто подвергался издевательствам со стороны одноклассников, либо тех, кто сам был организатором.

В итоге были получены очень любопытные результаты: оказалось, что очень многие среди этих ребят хотят изменить свою внешность и готовы ради этого сделать операцию.

 11,5% детей, ставших жертвами буллинга, выразили решимость лечь под нож пластического хирурга. При этом, что интересно, довольно многие — 3,4% — из тех, кто участвует в травле с другой стороны, проявили ту же готовность.

А среди тех, кто и подвергается издевательствам, и сам участвует в них, таких оказалось 8,8%.

А теперь сравним эти цифры с тем, к чему оказались склонны подростки, которые вообще не участвуют в буллинге: среди них всего 1% тех, кто недоволен своей внешностью настолько, что готов пойти на операцию. Разница, как мы видим, значительная.

«новый носик» к 18-летию становится почти обычным делом

Психологи предполагают, что неприятие своей внешности у подростков — это результат серьезных психологических проблем, которые связаны с издевательствами в среде сверстников.

Жертвы хотят сделать операцию, потому что их психологическое состояние зависит от того, как их видят другие, в основе их желания изменить внешность лежит низкая самооценка.

Для «сильной» же стороны (тех, кто сам участвует в травле и запугивании одноклассников) косметическая хирургия — средство повышения социального статуса. Идеальная внешность для них — способ доминирования.

При этом тема пластики среди детей от 13 до 19 лет и сама по себе весьма актуальна.

В последние несколько лет именно в подростковой среде популярность косметической хирургии растет особенно бурно — например, в США за год делается около 230 тысяч косметических операций тем, кому еще не исполнилось 19 лет.

В Европе тоже наблюдается ажиотаж, а в Южной Корее, где эстетическая медицина очень развита, самым распространенным подарком по случаю окончания школы является сертификат на операцию по изменению внешности. Да и у нас «новый носик» к 18-летию становится почти обычным делом.

Кумиры российских подростков, звезды Instagram — девушки, которые начали делать пластику в 16 лет. Они не скрывают того, что их «идеальная» внешность — результат множественных операций. На наших глазах подростковая пластическая хирургия становится едва ли ни нормой, и речь уже не идет о коррекции лопоухости или исправлении явных дефектов.

молодые люди приходят к специалистам и показывают им свои «селфи»

Началось все в 2013 году — именно тогда пациенты эстетических хирургов значительно помолодели, а спрос на услуги отрасли резко возрос на 25%.

Американская академия лицевой, пластической и реконструктивной хирургии (American Academy of Facial Plastic and Reconstructive Surgery), пытаясь понять причины этого скачка, провела исследования и выяснила, что причиной резкого недовольства своей внешностью и решимости ее изменить стало появление селфи.

«Молодые люди приходят к специалистам, показывают им свои селфи, которые, по их мнению, не очень удачны из-за дефектов лица, после чего просят подкорректировать их внешний вид хирургическим путем».

Понятно, что мотивы измениться у подростков совсем иные, чем у взрослых людей, которые обращаются к пластике в погоне за ускользающей молодостью. Для 13-19 летних людей главный движущий фактор — страх быть не такими, как все.

А поскольку зачастую внешность их кумиров, также перенесших эстетические операции, тоже становится очень шаблонной, «не выделяться» — значит иметь одинаковые скулы, носы и губы.

И даже ужасные примеры неудачных хирургических вмешательств ребят, похоже, не пугают.

Однако исследование психологов из Университета Уорвик открывает новые, более серьезные проблемы в этой теме.

Выявленная зависимость между решимостью лечь под нож пластического хирурга и участием в травле и издевательствах, как со стороны жертвы, так и со стороны агрессора, кажется специалистам очень важной.

Они даже предлагают ввести правило, чтобы косметические хирурги перед тем, как одобрить пластическую операцию, изучали психологическое состояние пациента, особенно если ему от 13 до 19 лет, — скорее всего, в основе его решимости поменять нос или ухо лежит душевная травма.

Источник: https://www.ucheba.ru/article/4996

Громкий скандал вокруг блогера-косметолога, который возомнил себя пластическим хирургом. Новости. Первый канал

В России за первую половину этого года закрыли почти 90 клиник пластической хирургии, сообщили в Росздравнадзоре. И это еще не все итоги проверки. Как выяснилось, почти 70% подобных учреждений работают с нарушениями: просроченные препараты, низкая квалификация медперсонала.

Впрочем, по сравнению с тем, что делает со своими пациентками звезда «Инстаграма» Емельян Брауде, все это — цветочки. Во время операций он курит, вместо наркоза дает спиртное, а правил стерильности для него не существует. При этом он не просто оперирует, но еще и обучает.

Пациентка с сигаретой делает затяжку, врачи — подтяжку лица. Под конец пластической операции задымили все.

Трансляцию своего очередного эпатажного мастер-класса врач-самоучка со звучным псевдонимом Емельян Брауде ведет из обшарпанного помещения — то ли подвала, то ли чердака.

Полная антисанитария — олимпийка вместо халата. Но пациентку это не смущает, притом что она сама косметолог — счастлива лечь под нож своего кумира.

«Он еще так специально двигается в процессе, чтобы заманить. Чем чаще люди будут говорить, что он варвар и убийца, тем больше людей будет к нему приходить на мастер-классы. Поэтому хайп — это наше дело», — говорит косметолог Евгения Гуранда.

36-летний блогер-косметолог гордо заявляет: не имея медицинского образования, он построил бизнес-империю на своих авторских методиках. Обучает таких же людей с улицы.

«Я ни одного дня в жизни не проработал косметологом, я с первого дня обучал. Как случайный человек, имею свой опосредованный взгляд на эти вещи. Когда я пришел в первый раз, были модели под полным наркозом, я сказал: полный наркоз прекращаем, учимся работать без анестезии. Мы спрашиваем: вам больно? Они говорят: нет», — рассказывает Емельян Брауде.

Дилетанты под руководством Брауде кромсают моделей, которые клюнули на низкие цены и яркий образ инстаграм-хирурга. Швы подрезают канцелярскими ножницами.

«Причиняя боль, пропагандируя, что не надо обезболивать — это противоречит всем медицинским канонам. И удивительно, что люди, в общем-то, не впадают в болевой шок. Это действительно какие-то садисткие наклонности. Эо нанесение вреда пациенту, в антисанитарных условиях, еще и обучение этому бреду», — сказала врач дерматолог-косметолог Александра Гонт.

Профессиональные пластические хирурги в ужасе. Помнят, как еще пару лет назад этот авантюрист трудился простым курьером — развозил ботокс по клиникам, а теперь колесит с гастролями. Потом из разных городов изуродованные дамы жалуются на «вареники» вместо губ. А девушку из Дагестана даже пришлось экстренно госпитализировать.

«Она попала к ним с совершенно обезображенным лицом, с практически утраченной функцией глаза. Судя по всему, использовались препараты с лидокаином, это была реакция на лидокаин», — говорит адвокат Ольга Зиновьева.

И ведь это не просто садистский междусобойчик. Армия шарлатанов, обученных в «Инстаграме», по «Скайпу» — где угодно, но только не в вузах, — ведут подпольную практику в разных точках страны.

Громкий случай этого года — в Краснодаре арестовали хирурга Алену Верди с поддельным дипломом. Клиентки изувечены, одна из девушек скончалась после липосакции.

Последовательницы интернет-врача получают в специальной группе четкую инструкцию, словно для шпионов, как получать деньги, менять кабинеты, SIM-карты и какие документы рисовать пациентам.

«Мы управляем сообществом косметологов, где пять тысяч косметологов по СНГ. Речь идет о миллионах долларов», — сказал  Емельян Брауде.

Но теперь империя под ударом — правоохранительные органы заинтересовались сразу несколькими видеороликами Брауде. И все же главная защита от лжеврачей — бдительность самих пациентов.

Стоит ли говорить, что куда важнее популярности врачей из «Инстаграма» — стерильно чистая операционная, сертифицированное оборудованием. Перед операцией пациент должен получить не бокал с шампанским, а специальную одежду.

И, конечно, стоит десять раз подумать, перед тем как ложиться под нож, и хотя бы разок взглянуть на лицензию врача, чтобы в борьбе за красоту не потерять лицо.

Источник: https://www.1tv.ru/n/372914

«Уходит муж — нужно увеличить грудь!» Разговор с пластическим хирургом о естественном старении и праве человека на «тюнинг»

В удивительное время мы живем: мальчики становятся девочками, девочки — мальчиками, а бабушки — девушками. Возможно, практически все! В клубе, театре, ресторане иногда маму и дочку принимают за подруг. Некоторые молодеют уже буквально после «нескольких укольчиков».

Путаница, которую породили пластические хирурги и косметологи, вызывает море дебатов.

Честно ли это — жить и долгое время обманывать время? Являются ли при нынешнем уровне медицины морщины на лбу и «гусиные лапки» возле глаз ближе к сорока признаком того, что женщина не ухаживает за собой?

Сторонники естественного старения говорят, что молодость — она всегда в душе, но при этом украдкой вздыхают, вспоминая свои 20 лет.

Поклонники естественной красоты говорят о том, что любимая женщина хороша в любом возрасте, и ненароком косятся на билборд с фотомоделями.

В индустрии пластической хирургии и косметологии всегда есть место лицемерию, причем как у поклонников «тюнинга», так и его противников.

Именно о непростом выборе — стоит ли смириться с тем, что дала тебе природа, или все же воспользоваться возможностью схитрить — мы поговорим с героем очередного «Неформата». Конечно, сделать окончательные выводы по такой животрепещущей теме не удастся, но поводов задуматься, обещаем, будет немало.

Кто это?

Дмитрий Батюков — пластический хирург, один из самых известных и востребованных специалистов в своей области в Беларуси. Кандидат медицинских наук, заведующий отделением пластической хирургии частного медицинского центра. В пластической хирургии уже 20 лет, проходил обучение у ведущих мировых хирургов.

— Давайте для начала определимся с понятиями. В чем главная особенность пластической хирургии, отличающая ее от других видов хирургического вмешательства?

Читайте также:  Бюджет на образование увеличат за счет снижения оборонных расходов

— В первую очередь пластическая хирургия — это медицина избытка. Здесь нет каких-либо четких установок и показаний. Это — все время разговор потенциального пациента с потенциальным доктором (в частности — хирургом) о том, что можно сделать, чтобы человеку стало лучше.

Из этого можно сделать предположение, что у каждого пациента есть потенциально лучший для него доктор, который лучше всего его поймет, согласуется по эстетическим идеалам. То есть вопрос не только профессионализма, но и совместимости. Часть пациентов, которые пришли ко мне, когда я расскажу им, каким вижу результат операции, уйдут, потому что он не совпадет с их представлениями.

Еще одно принципиальное отличие от классической медицины, где мы стараемся человека оздоровить и подходы на пути к этому и сама цель в большинстве случаев предельно понятны, заключается в том, что в пластической хирургии конечная цель у доктора и пациента может выглядеть по-разному.

— Как так может быть?

— Очень просто. Вы согласитесь, что главная цель пациента — выглядеть лучше, но он даже может не представлять, что для этого надо сделать.

Случаи, когда люди приходят и просто говорят: «Меня не устраивает мой нос, сделайте что-нибудь» — не редкость.

Хирург заинтересован тоже сделать человека счастливее, но опыт очень часто подсказывает ему, что те идеи, которые придумал себе пациент, к желаемому результату никак не могут привести.

Понятное дело, чем лучше пациент объяснит доктору, что он хочет получить, тем более четко врач будет представлять, достижимо ли это в принципе. Врач может и, наверное, должен отказать пациенту, ожидания которого избыточны, не соответствуют здравому смыслу или идут в противоречие с эстетическими предпочтениями доктора.

Например, я не люблю очень большую грудь. Я не стану оперировать пациентку, которая ее себе захочет, несмотря на то, что это мой прямой заработок. Потому что мне с пациентом общаться потом годами.

Мне на нее после смотреть годами и думать: «И зачем это было надо?» Поэтому, когда ко мне приходят девочки с такими просьбами, сразу отвечаю им: «Я не вижу красивой большой груди, я не знаю, как ее сделать.

Поэтому либо соглашайтесь на то, что я предлагаю (потому что я знаю, как это сделать красиво), либо ищите доктора, который считает, что большой размер — это эталон прекрасного».

В конце концов, доктор должен решиться на операцию, понимая (порой — в отличие от пациента), что операцией все только начинается — реабилитационный период длится до одного года. Иногда возникают осложнения, которые в принципе для всех операций посчитаны. То есть мы знаем, с каким процентом вероятности в клинике хорошего уровня могут возникнуть те или иные осложнения.

  • — А в клинике плохого уровня?
  • — В клинике плохого уровня предположить эту вероятность сложнее, но цифры гораздо выше, и в этом — большая проблема.
  • — Часто приходится отказывать людям, обратившимся к вам?

— Мы отказываем примерно 15% людей, которые пришли в клинику. Иногда — потому что то, что они задумали, опасно, иногда — потому что понимаем, что пациент хоть и готов принести нам кучу денег, никогда, ни при каких обстоятельствах не будет доволен результатом операции.

Есть такая патология, она называется дисморфофо́бия — люди, страдающие ей, будут бесконечно стремиться к идеальной внешности, их на этом пути ничто не остановит.

Говорят, что из числа людей, обратившихся к пластическому хирургу, до 15% могут в той или иной степени страдать этим расстройством, хотя в общем в человеческой популяции их было всего 3—4%.

Классический пример такого пациента вы все знаете — Майкл Джексон.

Еще мы отказываем пациентам, которые в принципе отрицают вероятность осложнений и не готовы понять степень риска, пусть даже это величина менее 1%.

— Насколько вообще толерантно наше общество к пластической хирургии?

— Был пройден очень длинный и непростой путь. Более чем 15 лет назад мы провели первую онлайн-консультацию по пластической хирургии. Делали это долгое время на общественных началах, потому что видели: аудитории надо понять, что вообще такое — эстетическая медицина, пластическая и реконструктивная хирургия. Сегодня многие операции — привычное и обыденное дело.

— Настолько обыденное, что соцсети буквально заполнены объявлениями о «тюнинге» лица и тела в самых разных формах…

— Да, соцсети сегодня — это реально новое препятствие для адекватного восприятия действительности, которое уводит людей в сторону. В Instagram появляется целое море рекламных постов с фотографиями «удивительного» преображения.

Американцы, кстати, сделали выборку и выяснили, что только 18% информации о пластической хирургии в Instagram предоставляется профессионалами и является корректной. Все остальное — случайная или намеренная ложь, некомпетентность, фотошоп, игра со светотенью при фотографировании…

Делается все для того, чтобы завоевать внимание потенциального клиента. В результате пациенты выбирают себе клинику и врача не по результатам их работы, а по тому, как работает маркетолог.

Мы спросили группу маркетологов (более 200 человек) в одном из мессенджеров, как нам лучше запостить фото до и после операции: без какой-либо обработки или убрав высыпания, неровности кожи и т. д. Все однозначно поддержали манипуляции с фотографиями. Но ведь речь идет не о торговле бананами или одеждой!

Такая «кукольная» реклама вводит пациентов в заблуждение до такой степени, что, придя в клинику и узнав реальные возможности врачей, они восклицают: «Вы здесь все непрофессионалы» — и бегут к тем, кто сделает из них «конфетку» (на самом деле, конечно, не сделает).

Например, приходит пациентка и говорит: «Мне нужна нитевая поддержка».

Я пытаюсь понять, какой результат она хочет получить, предлагаю посмотреть на ее лицо, объясняю, как в соответствии с индивидуальными особенностями, строением лучше всего работать, где можно попробовать «подтянуть», где — «наполнить».

Но вскоре слышу: «Мне уже надоело, вы очень много рассказываете. В Instagram мне сказали, что помогут „нити“, что они все, что надо, „подтянут“. Делайте!» Как бы не так…

Так вот — до сих пор нет ни одной научной публикации, подтверждающей эффективность этого метода в хоть какой-то долгосрочной перспективе, кроме пары публикаций, ассоциированных с производителями нитей. Но несмотря на это, некоторые клиники продают такую услугу как горячие пирожки только потому, что это сейчас модно.

— Как понять, какой метод работает на сто процентов?

— Проблема здесь в том, что в эстетической медицине нет четкого критерия оценки эффективности того или иного метода. За вычетом очевидных неудач все остальное — чистой воды дело вкуса. Особенно это проявляется в инъекционной косметологии.

А если говорить об инъекционной косметологии — то это вообще акценты. Например, ваше лицо — 300—400 миллилитров мягких тканей по объему. А мы добавляем один-два миллилитра. И тут умение тонко увидеть, куда и сколько добавить, определяет результат.

Очень важно не переборщить, сделать это нечистому на руку доктору просто, потому что пациент с завышенными ожиданиями требует все новые и новые инъекции, это живые деньги, и кому-то сложно сказать: «Нет, это не пойдет на пользу». Есть пациенты, которые верят буквально всему, что им говорят, и тратят море денег на бессмысленные манипуляции.

Им просто продают «революционные» методы один за другим, эффективность многих выполненных манипуляций для конкретно взятого человека нередко вызывала у меня сомнения.

— Если брать современные клиники, как часто вы сталкивались с тем, что косметологическая операция была проведена просто для того, чтобы получить с пациента деньги?

— Когда речь идет только об операциях, то здесь все серьезно. Это хирургическое вмешательство — сфера в нашей стране сурово регламентированная, в ней действительно работает очень серьезный контроль со стороны государства. Если же говорить про инъекции, то ситуация в корне иная. На мой взгляд, около 80% инъекционной косметологии в Беларуси проводится нелегально.

Я очень часто слышу: «Я колола на квартире», «Мне делала инъекции парикмахер, подруга» и т. д. Но ведь все это — медицинские манипуляции, которые может производить только доктор.

— Насколько серьезными могут быть последствия подпольных инъекций?

— Они могут быть ужасными, к счастью, случается катастрофа достаточно редко. Такая инъекция может обезобразить человеку лицо на всю жизнь, он может даже ослепнуть. И проблема эта не локальная, белорусская.

Об опасности нелегальных инъекций говорят во всем мире, причем на самом высоком уровне.

Думаю, вы тоже неоднократно слышали о скандальных историях, например, с российскими звездами шоу-бизнеса, которые «укололись на дому у проверенного человека».

— Как вы относитесь к позиции, что большинство косметологических операций (особенно связанных с лишним весом) можно заменить простым походом в спортзал?

— Даже если вы ведете трижды здоровый образ жизни, без пластической хирургии и медицинской косметологии обойтись не получится, в случае если вы планируете долгие годы выглядеть лучше.

Во-первых, есть какие-то генетические моменты, которые без операции не исправишь. Во-вторых, красота женского тела определяется не количеством мышц, а соотношением мышц и жира. Жир, в частности, придает телу плавные контуры.

Если сделать на животе избыточную липосакцию, то там образуется малоэстетичная «стиральная доска».

Из-за того, что в силу совершенно различных, порой не зависящих от человека факторов жир откладывается неравномерно, как бы вы ни занимались спортом, добиться идеального контура будет очень сложно.

И тогда помогает та же липосакция, когда мы убираем избыточный жир с места, которое никак не «качается» (например, с «галифе» на бедрах). Мало того, в настоящее время мы можем этот жир не выбрасывать, а переместить на другое место в теле, где его недостаточно.

Живым и ярким примером того, что это работает, является операция, которая называется Brazillian Buttock Lift (BBL), когда делаются «бразильские ягодицы». Там, конечно, часто производится трансформация на любителя, но по сути «плоским» от рождения женщинам делают талию, попу, просто пересаживая жир.

Что касается лица — давно доказано, что со временем в нем некоторые части опускаются под воздействием гравитации. Мало того, с возрастом оно «сдувается» — мы точно знаем, что большинство лиц с возрастом становятся меньше по объему в определенных частях.

Как бы вы ни занимались спортом, у вас не будет молодого лица с возрастом, потому что из него уйдет жир. Посмотрите на веганов — у них у всех тощие лица, с тонкой, кажется, просвечивающейся кожей. Может, это здоровые люди (хотя лично для меня это тема отдельного разговора), но это однозначно не молодое лицо с точки зрения эстетики.

— Поделитесь вашим мнением: правы ли люди, которые ратуют за естественное старение? Имеет ли смысл убегать от своего возраста?

— Я считаю, что пластическая хирургия не для всех. Есть люди, которые уверены, что можно стареть естественно, среди них — многие мои друзья. Это их право! Другие считают, что могут сделать для своей полноценной жизни такой бонус, как улучшение внешнего вида какими-то малыми акцентами без большой травматизации.

Спросите у женщин, которые отрицают пластическую хирургию, зачем они пользуются кремами и косметикой? Зачем они следуют моде, почему проходят процедуру эпиляции? Где проходит грань естественности? Насколько естественной вы, как мужчина, хотите видеть свою женщину?

Пластическая хирургия — это тоже бьютификация, просто такое влияние на внешность происходит с большими последствиями, поэтому требует серьезного и осознанного подхода. Если вы рьяно отрицаете пластическую хирургию — посмотрите, насколько вы честны в том, чтобы принимать свое тело таким, каким его вам дала природа.

Ничего зазорного не вижу в том, чтобы желать изменить себя к лучшему. Другое дело, что в некоторых странах это принимает формы какого-то китча, крикливости. В последнее время замечаю это и в Беларуси.

Женщины приходят и говорят: «Вы сделали губы, а их никто не видит». Удивляюсь, в чем же проблема, ведь это прекрасно, что результаты операции смотрятся естественно.

Мне возражают: «Мне надо сделать, чтобы эти губы все видели».

То есть важна уже не красота, а статус: «я сделала пластическую операцию», об этом должна «кричать» грудь, попа, губы… Тело рассматривается как витрина, демонстрирующая, что в женщину инвестировано много денег.

— К вам приходили люди, желающие произвести неожиданные и радикальные изменения в своем теле?

— У нас в Беларуси это пока редкость.

Ко мне приходили и просили сделать эльфийские уши, увеличить глаза или сделать их раскосыми, недавно женщина настаивала на удалении груди, так как ей она мешает, с аналогичными вопросами, но по другому органу, приходил и мужчина. Этих пациентов надо останавливать, пока это возможно. Потому что чаще всего они пожалеют о произошедших метаморфозах очень скоро.

— Где находится грань, на ваш взгляд?

— Обсуждая потенциальную операцию, я всегда стараюсь выяснить желание человека и его окружения. Когда ко мне приходит женщина, важно понять: это она пришла к идее что-то в себе изменить или ее кто-то подталкивает к этому.

Очень печально, когда операция в глазах пациентки выглядит как последний шанс, например, удержать человека. Были реальные случаи, когда приходили женщины, становились на колени и кричали: «От меня уходит муж — мне нужна операция!» Мы таким отказываем.

Второй момент — мы очень внимательно относимся к потенциальным пациентам, которые воспринимают операцию слишком легко. Ведь это медицинская манипуляция, которая не улучшит ваше здоровье, она может или не повлиять ни на что, либо даже его ухудшить. Человек должен быть подготовлен, понимать ответственность, неукоснительно следовать всем рекомендациям врача.

Но все же чаще всего я вижу, что правильно выполненная операция, которая преобразила в положительном плане лицо или тело, резко влияет на всю последующую жизнь человека. Это объективная данность, которую нельзя отрицать: человек чувствует себя увереннее, больше нравится себе и противоположному полу, это несет за собой многие положительные изменения.

Как бы ни рассказывали мне некоторые мужчины, что искусственная грудь — это зло, я просто покажу им серию фотографий — и они практически наверняка выберут как стандарт красоты именно грудь с имплантами. Уверяю, что там все: и обладательница «новой» груди, и ее партнер — остались довольны.

— Так почему не делать операцию всем обращающимся? Ведь, судя по всему, все довольны.

— Дело в приоритетах. Несколько раз женщинам удавалось «продавить» операцию, убедить нас, что они к ней психологически готовы, хоть это было и не так. Они были уверены, что новая грудь удержит мужа. Муж уходил, и мечта, ради которой человек шел на хирургический стол, оказывалась разбитой.

Неправильная мотивация может стать причиной большого стресса. Если у человека прекрасные отношения в семье и все, что нужно для полного счастья, — это преображенная грудь, мы, скорее всего, поможем. Но при этом мы отчетливо понимаем, что семью скрепляет отнюдь не большая грудь. Повторюсь, важно понять причины и следствие.

Подписывайтесь на нашу страницу

Источник: https://people.onliner.by/opinions/2019/03/29/neformat-102

Ссылка на основную публикацию