Выпускники вузов ничего не знают

Многие вчерашние школьники не знают элементарных вещей: в каком году была Октябрьская революция или кто был прошлым президентом России. А будущие студенты журфака не могут назвать ни одного известного журналиста.

После текста Маргариты Журавлёвой о том, как она принимала экзамены в Вышке, было много споров, нормально это или нет. Кто-то настаивает, что дети не обязаны знать подобных вещей, другие негодуют, что современные выпускники уже не те, что раньше.

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!

Оценим за полчаса!

Кандидат филологических наук Ольга Графт убеждена, что дети здесь ни при чём. В своей колонке на «Меле» она размышляет о том, кто виноват в безграмотности абитуриентов.

Привет, учитель! Рассылка

Для тех, кто работает в школе и очень любит свою профессию

Какой он, современный абитуриент журфака, очень точно описала шеф-продюсер телеканала «Дождь» Маргарита Журавлёва. Реплики из ответов абитуриентов, приведённые автором статьи, оказались до боли знакомыми. Сама я, работая в прошлом преподавателем факультета филологии и журналистики, когда оказывалась в приёмной комиссии, слышала от мечтающих стать журналистами то же самое.

Едва ли не слово в слово. И это не смотря на то что Журавлёва принимала экзамены в московском вузе, а я — в сибирском, в Кемерово. Можно, конечно, иронизировать, ужасаться тому, что большинство абитуриентов не знают, сколько партий в Госдуме, какой российский фотограф получил Пулитцеровскую премию и что происходило в стране при Ельцине.

А можно попробовать разобраться, кто виноват в этом тотальном незнании.

Виноват ЕГЭ

Информация усваивается хорошо, когда к ней есть интерес и когда к её получению есть мотивация. И ещё когда информация повторяется многократно из разных общедоступных каналов и ей придаётся статус значимой. В последнем случае информация запоминается скорее невольно.

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!
Читайте также:  Минимальный уровень расходов на образование планируют закрепить в бюджете

Оценим за полчаса!

Как правильно выбрать журфак

Вот, например, не знает абитуриент, который мечтает стать военным фоторепортёром, кто из российских фотокорреспондентов недавно получил Пулитцеровскую премию. Но мотивации к этому знанию взяться неоткуда.

В момент поступления на журфак главная мотивация абитуриента — поступить на журфак. И всё. Мотивация сугубо прагматическая

Поступить в Вышку для вчерашнего школьника — значит продолжить дальнейшее выживание в этом социальном мире. И он, выпускник, как человек неглупый, прекрасно понимает, что ему нужно для поступления в вуз по сути одно — блестяще сдать ЕГЭ.

Конечно, и собеседование, и творческое испытание, если они есть, играют свою роль. Но дополнительную. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы подсчитать.

Даже если ты наберёшь максимальные баллы за творческое испытание, в совокупности с низкими баллами за ЕГЭ на журфак, скорее всего, не пройдёшь. Это ясно и учителям, и выпускнику, и родителям.

Выпускники вузов ничего не знаютКадр из фильма «Приключения Тинтина: Тайна Единорога»

Тогда зачем же быть эрудированным в вещах, касающихся будущей профессии, общественно-политической ситуации в стране и прочих вопросах, которые задают абитуриенту члены приёмной комиссии.

В этом смысле ответ на вопрос «А что в последнее время с журналом „Афиша“ происходит» неудивителен, а, скорее, естественен и закономерен: «Ну в последнее время я готовлюсь к поступлению».

По крайней мере не вызывает сомнения тот факт, что девушка ответила честно.

Если, чтобы выжить, вам требуется убить медведя, вы будете убивать медведя, а не интересоваться чьей-то иной судьбой. Например, судьбой журнала «Афиша»

Когда включается мысль о самосохранении, отключаются мысли о чём-то ином. Современные абитуриенты, готовясь к поступлению, убивают медведя.

5 способов избежать стресса перед ЕГЭ

Надеяться на то, что выпускники школ массово будут интересоваться чем-то дополнительным в ущерб того основного, что требует от них сегодняшняя социальная ситуация, не совсем оправданно. Интерес к знаниям при отсутствии мотивации на время отпадаёт сам собой. К счастью, часто этот интерес возвращается.

Помню, когда те самые ребята, которые мямлили что-то невнятное на вступительном собеседовании, став первокурсникам, проявляли рьяный интерес к учёбе. За год-два у них уже появлялись и собственные предпочтения в журналистике, и первые в ней навыки, и осознанность.

Всё это формировалось уже тогда, когда появилась университетская среда, представители которой стали давать им ориентир в избранной сфере.

Выпускники вузов ничего не знаютКадр из фильма «Приключения Тинтина: Тайна Единорога»

Виновата среда

Не спорю, преподавателям приятно было бы видеть абитуриентов, уже имеющих осознанное отношение к профессии, способных назвать из ведущих журналистов ещё кого-то, кроме Владимира Познера. И имеющих понятие о том, сколько партий в Госдуме.

С подготовленными ребятами и возни на первом курсе меньше, и уровень диалога более высокий. С ними не надо топтаться на месте, разжёвывать элементарное.

Но в таком качественно ином состоянии абитуриент может подойти к вступительным испытаниям только в том случае, если у него была среда, в который эти знания могли иметь хоть малейшую ценность.

  • На мой вопрос о том, из каких источников ваши родители узнают о российских и мировых новостях, многие студенты-первокурсники отвечали: «Из ленты новостей в „Одноклассниках“».
  • Откуда у абитуриента возьмётся привычка читать разные информационные источники, если этой привычки нет у родителей?
  • И даже если выпускник школы решил поступать на журфак, прошёл подготовительные курсы и понял, что читать надо не только новости в социальных сетях, за короткое время новая привычка не сформируется.

Выпускники вузов ничего не знаютКадр из фильма «Приключения Тинтина: Тайна Единорога»

А как должен сформироваться интерес к партиям в Госдуме, я вообще не представляю. С чего вдруг недавнему ученику школы захотелось бы точно узнать, сколько в Думе партий. Формировать у ребёнка элементарную политическую культуру и гражданскую ответственность должны учителя и родители.

Но учитель, опять же, получит по шапке, если его ученики нормально не сдадут ЕГЭ, и ему это незачем. Родители же давно наплевали на политику из-за имитации этой самой политики и в лучшем случае могут послать куда подальше очередных участников телевизионных псевдодебатов.

Информация о точном количестве партий в Думе может оказаться подростку интересной только тогда, когда он чует, что в стране есть какая-то политическая «движуха», от которой что-то зависит.

Интуиция подростка сродни интуиции животного (в хорошем смысле слова). Его не проведёшь

Ответим себе честно на вопрос: играет ли какую-то принципиальную роль, три у нас партии в Думе, четыре или пять? Вот и выпускника не волнует то, что не играет принципиальной роли в его стране.

Как успешно пройти творческий экзамен при поступлении в вуз

Что касается того, что никто не знает имени лауреата Пулитцеровской премии Сергея Пономарёва. Может быть, кто-то и упрекнёт в равнодушии абитуриентов, мечтающих стать журналистами. Но я всё-таки воздержусь от упрёков.

Кто виноват, что Андрея Малахова, например, у нас в обществе знают больше, чем Сергея Пономарёва? Ведь не Сергеем Пономарёвым всё это время вчерашних школьников кормили в прайм-тайм. Статус профессии фотокорреспондента сейчас невысок.

В какой семье и в какой школе могли с ребёнком говорить о Пулитцеровской премии? Могу предположить, что это возможно только в семье, в которой кто-то из родителей сам представитель журналистской профессии.

Выпускники вузов ничего не знаютКадр из фильма «Приключения Тинтина: Тайна Единорога»

Виновата система ценностей

Не подумайте, что я оправдываю глупость или отсутствие элементарной эрудиции. Я всего лишь хочу подчеркнуть, что любой абитуриент — во многом заложник той ситуации, в которой он оказался из-за нас, представителей взрослого мира.

Выпускники вузов ничего не знаютКадр из фильма «Приключения Тинтина: Тайна Единорога»

Кроме перечисленных факторов, сама ситуация вступительного собеседования делает абитуриента несвободным. Он приходит на это собеседование не чтобы вступить в диалог, а чтобы понравиться комиссии. Он понимает, что получит высокий балл, если его ответы вызовут одобрение.

Человек, который зависим от желания кому-то понравиться, не может свободно мыслить

И здесь, кстати, тоже вопрос к нам, к «сообществу взрослых»: кто формирует у школьника психологическую культуру. Никто ведь не говорил с ребёнком о том, как быть внутренне свободным, когда находишься в ситуации, где тебе нужно набирать баллы.

Меня не удивляют ответы абитуриентов, из которых видно, что они чего-то (вернее, почти ничего) не знают. Меня удивляют те их ответы, из которых они точно знают, что хотят стать журналистами.

Потому что, как бы наивно это ни звучало, «хочу говорить правду», «осознала силу слова», «нравится писать»… Это, по-моему, хороший знак.

Разумеется, если здесь говорил их внутренний голос, а не желание произвести впечатление.

  1. Топ-10 московских вузов с самыми высокими стипендиями
  2. 5 причин записать школьника на журналистские курсы
  3. Чем полезен годовой перерыв перед поступлением

Источник: https://mel.fm/nota_protesta/4286179-journalism_protection

«Учу не ноты, а кодексы». Колледж хочет взыскать более 13 тысяч со студента со стипендией 70 рублей

Два года назад Богдан Довгяло окончил музыкальный колледж. В тот же год поступал в Академию музыки, но не прошел по конкурсу, поэтому попал на распределение в Боровлянскую школу искусств. Через год парень поступил в консерваторию, уволился из школы и стал студентом вуза.

Год проучился, а месяц назад узнал, что колледж подал на него в суд за то, что он не отработал еще один год по распределению. Сумма иска — свыше 13 тысяч рублей.

Парень с требованиями не согласен и честно говорит: ему, студенту, просто нечем платить, он готов отработать оставшийся год распределения, совмещая работу с учебой.

Выпускники вузов ничего не знают

Студент: думал, что надежно прикрыт законом

— Из школы я уволился без проблем, — рассказывает Богдан Довгяло. — Спокойно учился в консерватории, я уже на втором курсе, съездил в Кишинев на конкурс, стал дипломантом.

И потом бац — 27 августа мне приходит сообщение, что, оказывается, я проиграл дело в суде, на котором меня даже не было.

В суде Советского района выяснил, что было вынесено заочное решение по иску музыкального колледжа — вернуть деньги за обучение, так как я не отработал год по распределению. Когда я узнал сумму иска, чуть не лишился чувств — 13 394 рубля.

Молодой человек говорит, что добился, чтобы заочное решение суда отменили, так как его не известили должным образом о судебном заседании. Но музыкальный колледж от своих требований не отказался.

Выпускники вузов ничего не знают

— Я уволился из школы по ст. 41 Трудового кодекса. В соответствии с ней, расторжение трудового договора возможно по требованию работника в случае уважительных причин, препятствующих выполнению работы.

У меня причина была уважительная — я не могу работать на ставку, будучи первокурсником дневного отделения. На полставки в Боровлянской школе искусств меня, к сожалению, оставить не могли. Администрация отправляла документы в колледж, что со мной расторгнут договор.

Но руководство колледжа меня не перераспределило, поэтому я продолжил учебу в Академии, и целый год меня никто не трогал.

Богдан также удивлен, как возникла такая внушительная сумма — почти 13,5 тысячи рублей, с учетом того, что год по распределению он все-таки отработал.

— Столько, может, платят медики за пять лет в университете, но я-то учился в ссузе и все-таки один год уже отработал. Общежитие мне не предоставляли, я минчанин, инструмент у меня был свой, никакие станки или другое оборудование колледжа я не использовал. Так откуда такая сумма? Пояснений от колледжа я пока не услышал, на 25 сентября назначено новое судебное заседание.

Выпускники вузов ничего не знают

Молодой человек говорит, что согласен отработать еще один год по распределению, на полставки, чтобы совмещать работу с занятиями в Академии. И надеется, что его все-таки перераспределят.

— Я считаю, можно полюбовно разойтись. Воевать я ни с кем не хочу. От колледжа у меня остались самые хорошие воспоминания, там мне дали образование, мы все знаем друг друга, сфера небольшая. Когда музыканты судятся с музыкантами, это не очень правильно.

Тем более, сумма иска, признается студент, для него неподъемная. Он, конечно, получает повышенную стипендию — около 70 рублей, но другого дохода и дорогостоящего имущества у него нет.

— Поступление на очную форму является уважительной причиной, чтобы расторгнуть трудовой договор, — считает собеседник. — Я думал, что надежно прикрыт законом. Но сейчас вместо того, чтобы учить ноты Прокофьева, учу Трудовой кодекс и Кодекс об образовании.

Директор музыкального колледжа: наше обучение дороже, чем вузовское

Директор Минского государственного музыкального колледжа им. Глинки Владимир Черников считает, что Богдан умышленно уклонялся от распределения.

— Выпускник не обращался за перераспределением, — говорит директор. —  Это сейчас он согласен отработать, когда срок вышел. На момент, когда ему предлагалось доработать один год, он согласия не давал. Я ему лично об этом говорил. Таких выпускников у нас было двое. Один пошел работать, а Довгяло отказался.

Что касается суммы возмещения, директор настаивает, что она рассчитана, исходя из инструкции, утвержденной постановлением Совета министров.

— У нас очень много индивидуальных занятий, наше обучение дороже, чем вузовское, — поясняет Владимир Михайлович. — У нас платно никто не учится в силу дороговизны, только иностранные граждане, но для них обучение еще дороже. Стоимость рассчитана с учетом отработанного на распределении времени.

Выпускники вузов ничего не знают Так Богдан изобразил свое разбирательство с колледжем

Руководство колледжа, отмечает директор, действует в соответствии с законом: по Кодексу об образовании перераспределение осуществляется в срок положенной отработки, то есть — в эти самые два года.

— Два года с момента, как Богдан Довгяло должен был отработать, прошло, то есть — срок вышел. На каком основании мы будем его перераспределять, если статус молодого специалиста у него на данный момент утерян? Мы следуем закону.

По словам директора, такие случаи в колледже происходят каждый год — есть выпускники, которые уклоняются от распределения и платят за свое обучение.

Адвокат: срок для отработки распределения прошел, придется заплатить

Адвокат Александр Филанович оптимистичных прогнозов для студента Академии не делает: как и директор, юрист говорит о том, что пропущен срок, предназначенный для отработки распределения.

— Как только молодой специалист уволился по ст. 41 Трудового кодекса, он обязан был обратиться за перераспределением, — говорит адвокат. — Его бы перераспределили, а при невозможности — дали бы «свободный диплом» и он бы продолжил учиться в вузе, не выплачивая ничего колледжу. А так выходит, что он был направлен по распределению, приступил к работе — и не окончил срок отработки.

Если молодой человек добровольно не оплатит свое обучение, вопрос будет разрешаться в судебном порядке. Суд даст оценку доказательной базе истца — обоснованно ли сделан расчет, и вынесет решение. У ответчика есть право просить отсрочку исполнения решения. Если добровольно не исполнит, будут взыскивать принудительно, а это плюс 10% к сумме — принудительный сбор судебного исполнителя.

Читайте также:  Сильная вертикаль: грядет реформа образования

Выпускники вузов ничего не знают

По словам адвоката, сумма будет взыскиваться с имеющегося дохода и имущества. Если у него из дохода только стипендия, будут взыскивать ежемесячно из стипендии — до 30%. Когда устроится на работу, начнут взыскивать из зарплаты. Также Богдану могут наложить временный запрет на выезд за границу, лишить права управления транспортным средством.

Александр Филанович обращает внимание, что студенты и выпускники часто не знают, как правильно действовать на распределении и перераспределении, из-за чего случаются такие неприятные ситуации.

— Но незнание закона, как известно, не освобождает от ответственности.

Источник: https://news.tut.by/society/653889.html

Выпускники вузов не знают, что из себя представляет современный рынок труда

85% абитуриентов выбирают вуз, исходя из проходных баллов, а не в результате самоопределения и тщательного подбора.

Об этом заявила руководитель департамента «Карьера и профориентация» портала SuperJob Ксения Большакова, участвуя в дискуссии «Зачем (не) идти в университет?».

Мероприятие было организовано Центром трансформации образования в рамках ежегодного бизнес-фестиваля Московской школы управления СКОЛКОВО.

Выпускники вузов ничего не знают

«Мы ежегодно получаем выпускников вуза, которые не имеют представления о своих дальнейших шагах и не знают, что из себя представляет современный рынок труда», – отметила Ксения Большакова.

Модератор дискуссии, директор Центра трансформации образования Московской школы управления СКОЛКОВО Ольга Назайкинская отметила, что сегодня вопрос «зачем вы хотите поступить в тот или иной вуз?» очень часто ставит в тупик старшеклассников и их родителей.

Люди до конца не понимают, чего именно они ждут от университета.

Выпускники вузов ничего не знают

По мнению проректора ФГБОУ ВО «Российский университет транспорта (МИИТ)» Владимира Тимонина, непонимание и растерянность молодого поколения – «это нормальная тенденция ввиду того, что мы входим в четвертую промышленную революцию, предполагающую иную систему ценностей».

По его словам, университет уже давно утратил монополию на создание, хранение и передачу знаний. Вузы вынуждены меняться, чтобы найти свое место в современном мире. «Сегодня университет – это среда социализации, где формируется траектория получения знаний и компетенций», – заявил проректор.

По его словам, в настоящий момент диплом – это не более чем перечень предметов, которые были пройдены, он важен, скорее, как признак принадлежности к определенной среде.

«Но по факту ситуация меняется, многие колледжи в России по уровню технологического и кадрового оснащения сейчас выше, чем университеты», – считает Владимир Тимонин.

Выпускники вузов ничего не знают

Сегодня средний балл для поступления в систему среднего профессионально-технического образования очень высокий – 4,6.

«За последние десять лет система профтеха полностью поменяла имиджевую составляющую, она больше не воспринимается как прибежище для хулиганов и аутсайдеров», – отметила Татьяна Куприянова, директор ГАПОУ «Нижнекамский политехнический колледж имени Е.Н. Королева».

По её словам, колледжи с углубленной подготовкой сопоставимы по качеству программ с прикладным бакалавриатом, который существует в системе институтов и университетов.

Предметом дискуссии стали также перспективы целевого обучения для тех ребят, кто твердо определился с выбором профессии. Суть в том, что абитуриент подписывает договор с будущим работодателем, который оплачивает его учебу.

Взамен будущий специалист обязуется, получив диплом, отработать в этой организации не менее трех лет.

«Мы должны понимать, что есть дети, которые недоберут необходимые баллы по ЕГЭ, и в качестве социального лифта целевая программа – это просто замечательная инициатива», – отметила Елена Корастылева, директор МОУ «СОШ № 18 имени Подольских курсантов».

Выпускники вузов ничего не знают

Участники обсуждения отметили, что будущее – за гибкими образовательными системами, которые позволяют менять траекторию обучения и направление специализации, оперативно «добирать» необходимые навыки и компетенции.

Но помимо возможности выбора студенты должны обладать и способностью его сделать – самоопределению тоже надо научить. Здесь одинаково важны и личный пример родителей, и знакомство с миром различных профессий.

Большую пользу может принести расширение практики gap year, когда молодой человек берет паузу после школы, чтобы поработать, принять участие в волонтерских проектах и осознать, куда он хочет двигаться дальше.

Главный вывод дискуссии в том, что честный ответ на вопрос «зачем?» поможет старшеклассникам и их родителям определить направление учебной траектории и выбрать тип образовательного учреждения.

Полина Каневская

Источник: https://vogazeta.ru/articles/2019/10/1/quality_of_education/9685-vypuskniki_vuzov_ne_znayut_chto_iz_sebya_predstavlyaet_sovremennyy_rynok_truda

Чему не учат в университетах? или почему выпускники не могут найти работу, а компании специалистов? Часть — 1. — Царев Евгений

Выпускники вузов ничего не знаютНа днях один написал в Твиттере «Информационная безопасность — самая востребованная специальность ссылка». Один из пользователей Твиттера Alexx_88 написал комментарий в ответ на мой пост:

ахах) только уже полгода никуда на работу не берут — никому не надо, у них сисадмины безопасностью занимаются) и это с высшим образованием…

а с образованием ПТУ вообще можно забыть про работу по специальности ну вот например в Челябинске специалистов по ИБ нанимают в основном компании, оказывающие услуги в этой сфере, и гос.компании.

у всех требование: законченное высшее образование и опыт работы от 3 лет. Без опыта только по знакомству )

Как-то зацепило это меня, поэтому решил высказать свое мнение. Получилось довольно много для одного раза, поэтому решил разделить на 3 части.

Кризис технического образования

На мой взгляд, техническое образование в России – это беда, а те, кто говорит, что у нас лучшее в мире образование либо глупец, либо провокатор.

Сердце любой образовательной системы — преподавательский состав. Как много преподавателей, которые действительно компетентны в своих дисциплинах на современном уровне развития технологий? Единицы. Причины понятны и перечислять их не особо хочется За последние 20 лет мы отстали почти по всем наукоемким отраслям, не говоря уже о тех, в которых отставали в 80-х.

В таком случае, что удивляться низкой подготовке студентов?

Все было б ничего, если бы студентов сразу готовили к тому, что почти все их напряги по учебе не приведут к желаемому результату.

Окончив вуз, они окажутся неспособными решать задачи работодателя, а следовательно почти ничего не будут стоить.

После выхода из стен университета будет жестокий мир, в котором нужно не столько знать отсталые технологии, сколько соображать и уметь обучаться (новым технологиям).

Мне повезло, еще на втором курсе я осознал, что идти путем, который мне навязывает университет, я не буду. По-хорошему половину учебных дисциплин нужно «выбрасывать», заменяя на новые.

Мне, безусловно, нравилось инженерное творчество, но почему мы делали проекты, например, усилителей, на лампах? Да, это очень круто уметь проектировать на лампах, которые уже не производят (японцев удивлять). Другого большого смысла в этом не было.

Поэтому логичен вопрос, почему мы не проектировали на существующей элементной базе? Нам говорили, что проекты на операционных усилителях слишком простые, а настоящему инженеру нужно пройти «школу». На мой взгляд, это бред.

Знаете, я потратил массу времени, чтобы говорить на английском языке, но мне даже в голову не приходило учить древнегреческий язык, потому что он сложнее. Почему? Да потому что он просто неприменим в реальной жизни. Та же штуковина с проектами СКС. Ну, кому в 21 веке нужна армия проектировщиков СКС?

Конечно, нам никто не запрещал в свободное время заняться чем-то более современным. Но загвоздка в том, что даже сделай ты что-то новаторское, просто не найдешь современных ребят которые смогут дать квалифицированно оценку твоей работе. Поэтому со второго курса я пошел на второе образование, а с четвертого уже полноценно работал.

Самое смешное, что когда я приехал в Москву, то обнаружил, что выпускники некоторых радиотехнических факультетов московских вузов не знают «отсталых» технологий радиотехники, не знают закона Ома с правилами Кирхгофа, да и о разнице биполярного и полевого транзистора тоже не в курсе!  О, какое образование! (кстати, приятно удивили бауманцы, так держать!).

Так что зря я грешил на свой альма-матер, ведь мне удалось взять все, что нужно, а именно инженерную базу.

Вернемся к преподавателям и системе высшего технического образования, будем называть ее просто «система».

Так вот эта система никогда не признает свою убогость, иначе, зачем она нужна? Большинство вузов в таком случае придется закрывать, а наша власть таких радикальных мер не позволит.

Не готова наша власть и к мощной чистке преподавательского состава и пересмотру подхода к обучению. Поэтому плохая подготовка выпускников, это наша болезнь на долгие годы.

Усугубляется ситуация тем, что наши уважаемые преподаватели, которые серьезно оторваны от рынка боятся конкуренции. Есть отличный реальный пример, правда, из юридической сферы.

Судья 10-летней практики, классный специалист по гражданским делам, решила в качестве социальной нагрузки пойти преподавать в университет, который когда-то заканчивала. Обратилась в деканат, была открытая вакансия преподавателя с тем объемом нагрузки, который ее устраивал.

И все бы хорошо, если не одно НО! Знаю эту историю от одного из аспирантов, которая участвовала в «сходке» преподавателей факультета. Все они в один голос отказались принимать нового компетентного преподавателя и причина была ИМЕННО в высокой компетенции.

На ее фоне все они выглядели неопытными подмастерья. Декан вообще не сопротивлялся восстанию. В результате судья получила отказ. Вот так, «кучка посредственных шакалов загрызла льва».

Надеюсь, этот пример скорее исключение, чем правило, но вот поиском опытных специалистов для преподавания, большинство вузов СИЛЬНО пренебрегает и с этим нельзя поспорить…

Автор статьи: Царев Евгений

Источник: https://tsarev.biz/innovation/chemu-ne-uchat-v-universitetax-ili-pochemu-vypuskniki-ne-mogut-najti-rabotu-a-kompanii-specialistov-chast-1/

Россия: почему миллионы выпускников работают не по специальности?

Около трети выпускников вызов работают не по специальности, причем каждый четвертый закончивший институт трудится на работе, не требующей высшего образования. С одной стороны, выпускники сталкиваются с разнообразными трудностями при поиске работы, с другой — их навыками недовольны 91% работодателей.

Причины, по словам экспертов, в том, что система образования не соответствует запросам рынка труда — ни по количеству выпускников, ни по качеству их подготовки.

Юристов и экономистов в 10 раз больше потребностей рынка, в то время как не хватает специалистов в сферах информационных технологий, науки и здравоохранения.

В учебных заведениях устаревшее оборудование, преподаватели не могут сконцентрироваться только на своей работе из-за низких зарплат, а сами студенты в период обучения работают не для получения навыков, а для заработка денег.

Согласно последним полным данным Росстата (исследования проводятся каждые пять лет), в 2010-2015 годах получили диплом 10,7 миллиона человек.

Из них 5,5 миллиона выпускников (из 7,3 миллиона искавших работу) столкнулись с трудностями при трудоустройстве, главным образом из-за отсутствия опыта (3,8 миллиона), низкого уровня зарплаты (2,3 миллиона), в связи с отсутствием вакансий (1,7 миллиона) и из-за трудности найти работу по специальности (1,2 миллиона).

В результате в первый год после выпуска трудоустроились 5,9 миллиона человек из 7,3 миллиона, искавших работу, следовательно, остались без работы в этот период — 1,4 миллиона.

Проблемы с трудоустройством испытывают выпускники как высших учебных заведений, так и средних. По данным Минобразования РФ, из получивших диплом в 2014 году, сидели без работы в течение года 43% выпускников средних учебных заведений и 23%выпускников вузов. По выпускникам 2015 года имеются данные только по вузам: в течение года не смогли трудоустроиться 25% человек.

Отсутствие профессиональных навыков

По данным Высшей школы экономики (ВШЭ), в 2005 — 2015 годах снизился интерес работодателей к выпускникам.

Например, в строительстве доля предприятий, нанимавших выпускников, сократилась с 70% в 2005 году до 43% в 2015 году, в торговле — с 53% до 38%, в промышленности — с 73% до 62%.

Руководители российских компаний не удовлетворены навыками самоорганизации выпускников, их умением анализировать, решать задачи в нестандартных ситуациях, а их профессиональную подготовку они оценивают в 3,5-3,7 балла из пяти.

Выпускники вузов ничего не знаютИноСМИ15.03.2018Project Syndicate22.05.2016Project Syndicate05.10.2017ИноСМИ28.03.2016О нехватке у выпускников вузов практических навыков, по данным ВЦИОМ, заявляет 91% работодателей, у выпускников средних профессиональных организаций, по информации «Бостон консалтинг групп» (The Boston Consulting Group), 60% работодателей.

Согласно выводам BCG, приобретению профессиональных навыков учащихся препятствует то, что система образования «не слышит» бизнес. Также этому способствует бедность материально-технической базы учебных заведений.

«Большая часть станочного парка в России — аналоговое оборудование. Но аналоговый тип был характерен до 1980-х годов, сейчас уже совсем другие реалии», — считает Роберт Уразов, генеральный директор союза WorldSkills Russia. Качественной подготовке студентов мешает и недостаток цифровых средств.

Компенсировать нехватку практических навыков мог бы опыт работы по профессии. Однако во время учебы большинство студентов средних учебных заведений (61,8%) работают не по специальности.

Больше половины студентов всех видов учебных заведений (54%) работают исключительно для удовлетворения финансовых потребностей.

За опытом, который впоследствии могли бы оценить работодатели, идут лишь 21,5% студентов средних профессиональных организаций и 28% студентов вузов.

Трудности преподавания

Есть вопросы и к уровню преподавания. Например, по данным ВШЭ на 2015 год, только 3,9% преподавателей средних учебных заведений используют в обучении студентов научную литературу на иностранном языке и 7% педагогов — учебную литературу. Это связано с низким уровнем владения иностранными языками и преподавателей, и студентов.

Нежелание преподавателей повышать свой уровень во многом объясняется их низкой зарплатой и высокой учебной нагрузкой. Несмотря на обещания государства повысить среднюю зарплату педагогов, ее уровень в 2017 году составил 76% к уровню в обрабатывающих производствах, и это всего на 1% больше, чем в 2011 году.

«Преподаватели вузов и школьные учителя получают нищенскую, унизительную зарплату, недостойную высокообразованных людей… Жалованье провинциального профессора составляет… менее 500 евро… Это превращает российских преподавателей в люмпен-пролетариев умственного труда, вынужденных постоянно искать дополнительные источники существования, что плачевно сказывается и на качестве их труда, и на их здоровье» — говорится в открытом письме министру образования РФ (апрель 2017 года), автором которого является Вера Афанасьева, профессор Саратовского госуниверситета.

Несоответствие ожиданиям работодателя

По словам управляющего партнера консалтинговой компании Odgers Berndtson Романа Тышковского, спрос работодателей не соответствует предложению вузов ни по количеству специалистов, ни по качеству их подготовки.

По данным Рособрнадзора, юристов и экономистов выпускается в 10 раз больше необходимого количества.

А по информацииЦБ, дефицит квалифицированных кадров наблюдается в здравоохранении, образовании, науке, технике и информационных технологиях.

Частично несоответствие рабочей силы запросам рынка труда может быть вызвано сильной распространенностью работы не по специальности. По различным данным, не по своей специальности работают от 60% до 73% экономически активного населения.

Другая особенность российского рынка труда заключается в том, что каждый четвертыйвыпускник вуза выполняет работу, не требующую высшего образования. Например, такое образование имеют 14% российских продавцов и охранников. Это объясняется тем, что многие работодатели ищут сотрудников с высшим образованием не потому, что оно требуется в работе.

«Работодатель считает, что высшее образование дает работнику некий кругозор, кроме того, люди с высшим образованием более ответственные и лучше обладают коммуникативными навыками», — считает директор центра экономики непрерывного образования Академии народного хозяйства и госслужбы Татьяна Клячко.

На фоне чисто российских проблем, в остальном мире, по мнению Клячко, растет спрос на либо очень высококвалифицированных специалистов, либо просто на ответственных исполнителей. Эта тенденция наблюдается на фоне развития информатизации и использования технологий.

«При сохранении существующей [характеризующейся отсутствием спроса на знания] структуры рынка труда еще на 7 — 10 лет отставание России от стран-лидеров мировой экономики рискует стать несократимым», — подчеркнул старший партнер и управляющий директор, председатель BCG в России Владислав Бутенко, комментируя итоги исследования «Россия 2025: от кадров к талантам», проведенного его компанией совместно со Сбербанком, WorldSkills Russia и Global Education Futures. — Удешевление технологий, повышение волатильности делают весьма вероятным сценарий «обрыва», т. е. достаточно резкого ухудшения экономической ситуации», если в ближайшие годы не произойдет качественных изменений.

Читайте также:  Колонка родителя: шопинг есть, а слова нет

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Источник: https://inosmi.ru/politic/20180319/241747028.html

Зря учились? Выпускники вузов никому не нужны | Vinni

Проблемы молодых специалистов оказались хуже прогнозов. Из 1,5 миллиона выпускников текущего лета, по данным «Труда», устроиться на работу сумели около 700 тысяч человек. Вряд ли положение многих молодых людей, оставшихся не у дел, серьезно изменится до нового года.Бывшие студенты оказались самыми молодыми и неопытными жертвами кризиса.

Едва получив диплом, они столкнулись с самой главной «взрослой» проблемой: для них нет работы.Высокая безработица среди выпускников этого лета прогнозировалась ещё зимой, когда стал ясен масштаб кризиса на рынке труда, но специалисты расходились в цифрах.

Самые оптимистичные прогнозы давал замминистра образования и науки Владимир Миклушевский: он говорил, что безработными окажутся 10% выпускников. В Центре макроэкономического анализа и прогнозирования называли уже другие цифры — 25%.Самый близкий прогноз весной в интервью «Труду» дал ректор ГУ-ВШЭ Ярослав Кузьминов — он предрекал безработицу 30% выпускников.

Действительность же оказалась ещё мрачнее.«Труд» опросил выпускников 10 московских вузов и попросил оценить, какой процент их однокурсников до сих пор не устроился на работу. Они рассказали, что выпускники, ещё год назад не мыслившие о зарплате ниже 35 тысяч рублей, сейчас не могут устроиться и на почти вдвое меньшие деньги.

По подсчетам выпуск-ницы Московского университета технологии и дизайна Анастасии Кузнецовой, работают только 25% её сокурсников. Она сама нашла работу чудом, не помогали ни красный диплом, ни отлично составленное с помощью знакомых резюме. «Я уже потеряла всякую надежду, когда меня пригласили на собеседование. Начальнице очень понравилось мое портфолио.

Насколько я знаю, так повезло лишь немногим моим сокурсникам. Кто не нашел место по блату, те и сейчас продолжают искать либо устроились на неквалифицированную работу», — рассказала Анастасия, которая работает теперь в престижной компании на должности младшего специалиста.

Многим её ровесникам повезло меньше: они не могут найти работу. И это объективная данность.

Количество всех вакансий на московском рынке сократилось с октября 2008 года не менее чем в 2,5–3 раза, подсчитала территориальный директор отделений по массовому подбору персонала рекрутинговой компании Kelly Services Мария Безванова.

В этих условиях студенты и выпускники вузов были вынуждены и продолжают конкурировать с опытными специалистами, недостатка в которых не ощущается.

Гуманитарии в минусеВ ГУ-ВШЭ не удивились тому, что их самые худшие прогнозы оправдались. «В последнее время шло общее сокращение спроса на рабочую силу, в том числе оно должно было сказаться на молодых специалистах, вот и сказалось.

Это логично», — пояснил проректор ГУ-ВШЭ, заведующий кафедрой экономики труда и народонаселения Сергей Рощин.Тяжело приходится студентам, получившим гуманитарные специальности, в том числе юристам и экономистам. «Сегодня на рынке уже практически не существует вакансии „экономист“.

У выпускника вуза есть шанс попасть на позицию, скажем, помощника бухгалтера. Что касается юристов, то многие компании отказались от услуг штатного специалиста.

По мере необходимости в организацию просто приглашается приходящий на выполнение разовых работ», — комментирует заместитель исполнительного директора кадрового центра «Зебра» Светлана Поликарпова. Естественно, компании стремятся обращаться к юристам с опытом работы, а не к выпускникам вузов.

Гуманитариям вообще приходится несладко. Лингвист-переводчик Александра Норейко из Института международного права и экономики им. А. С. Грибоедова стала офис-менеджером в немецкой фирме.

И то — даже эту работу не по специальности она нашла по знакомству: «После окончания института переводчику невозможно сразу устроиться по специальности. Необходим опыт, совершенствование навыков языка.

Хорошо, что здесь я могу практиковать свой немецкий». Среди её однокурсников работу нашли только 40% выпускников.

Подумали заранееРаботают прежде всего те, кто уже давно сочетал работу с учебой. «В этом году я окончил экономический факультет, но, слава богу, искать работу мне не пришлось, — радостно признается выпускник МАИ Михаил Петров.

— Она у меня уже была, причем в крупной инвестиционной компании и на протяжении двух лет. Только пятеро из моих сокурсников нашли себе работу до окончания вуза».

Те немногие, кто устроился работать этим летом, нашли должности типа менеджера по продажам.

Гораздо лучше обстоят дела у выпускников Бауманки. По оценкам недавних студентов, работу нашли 80–90% выпускников. Так, инженер Дмитрий Лозинский без проблем устроился работать в Научно-исследовательский машиностроительный институт, а специалист по управлению движением летательных аппаратов Антон Ледков — в Институт космических исследований РАН.

«Занимаюсь навигационной поддержкой космического аппарата, который в октябре полетит на спутник Марса Фобос», — с гордостью рассказывает он. Выпускники МГТУ им. Баумана не имеют проблем с работой по двум причинам: во-первых, у многих из них достаточно редкие специальности, а специалисты в таких областях востребованы.

Во-вторых, студенты пишут дипломы, касающиеся работы конкретных организаций, и те с удовольствием берут их к себе.

Последние каникулыЧасть выпускников этого года решили вообще не искать работу летом, когда везде происходит традиционный спад деловой активности. Выпуск-ник МГУ филолог Дмитрий Кадушин решил, что работа может и подождать пару месяцев. «Мне потом всю жизнь работать, и это последнее мое свободное лето.

Я уверен, что потом куда-нибудь смогу уст-роиться. Не скажу, что в своем вузе я такой уникально ленивый. Очень многие, кого я встречаю в курилке гуманитарного корпуса, поступают так же. Устроились у нас процентов 15», — говорит Дмитрий Кадушин. Он рассчитывает найти работу с помощью друзей и знакомых.

Если раньше каждую осень компании активизировались и набирали персонал, то этой осенью все ждут третьей волны сокращений. И устраиваться выпускникам будет просто некуда.

Около 700 тысяч безработных выпускников не пойдут на биржи труда — для молодых специалистов это дико, но скоро попадут в статистику безработных, рассчитанную по методологии МОТ.

Таким образом, вместе с 400 тысячами официальных безработных, которые потеряют место осенью (такие данные приводит глава Федерации независимых профсоюзов России Михаил Шмаков на основе мониторинга ФНПР), в ближайшие два-три месяца в России станет более чем на 1 млн. безработных больше.Без работы

  • 1,5 млн. выпускников окончили вузы, ссузы и техникумы в этом году
  • 11% прогноз безработицы Мин-образования среди выпускников, июнь 2009-го
  • 25% прогноз Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, июнь 2009-го
  • 30–50% прогноз ГУ-ВШЭ, февраль 2009-го

50% данные «Труда», полученные на основании опроса студентов МГУ, МГПУ, МГТУ «МАМИ», МГТУ им. Баумана, РГГУ, ГУ-ВШЭ, МАИ, МГУТД, Института международного права и экономики

Источник: https://maxpark.com/user/4296648082/content/3964301

Я не беру на работу выпускников топовых вузов. почему?

Сегодня куда ни плюнь — попадешь в стартапера, а если понадобится швея или продавец — дефицит, как со сгущенкой в 1991 году. Каждый мечтает стать предпринимателем и не работать, забывая, что предпринимательская деятельность — это трижды работа по 25 часов в сутки. По данным Startup Genome Report, «выстреливают» только 2 новые компании из 10. Но это не останавливает амбиции многих…

О дефиците хороших специалистов

Знаете, как сложно сегодня найти хорошего специалиста по интернет-маркетингу? А мы знаем. Кажется, маркетологи чаще других уходят в предпринимательскую деятельность. Чтобы найти подходящих специалистов, мы запустили в региональных вузах HR-проект и теперь каждое лето проводим среди членов дипломных комиссий. Недавно наши менеджеры по персоналу, например, оценивали выступления выпускников пермского филиала Высшей школы экономики.

И вот что удивительно: чем лучше представленный на защите проект, тем больше вероятность того, что его написал троечник.

Ну вот, например, нам представляют крутой проект продвижения домашнего стартапа по производству веганских тортиков. Автор рекламной кампании гордится проделанной работой, он делал ее по бесплатным рекомендациям в интернете, даже помог своим знакомым найти клиента. Формальная оценка за проект — «отлично».

Но по факту CPL здесь оказывается равной стоимости одного торта, а маркетолог не понимает, что подобные кампании можно организовывать только в экстренных случаях, а не на постоянной основе. А о том, что заголовки, оферы и прочее ради CTR можно менять в уже работающей кампании, выпускник вообще не знал.

При найме мы не смотрим на название вуза кандидата

Сегодня при оценке кандидатов мы фактически закрываем глаза на название вуза. Мало того, если кандидат выставляет на первый план название своего «крутого университета», для нас это сигнал к тому, что с ним не все так гладко.

Взять, к примеру, Пермский национальный исследовательский политехнический университет. В 2018 году он занял 52 место в рейтинге вузов журнала Forbes. По некоторым показателям он даже опередил лидеров рейтинга.

Например, по качеству выпускников ПНИПУ набрал больше баллов, чем Московский физико-технический институт (это 3 место рейтинга), а по фактору Forbes он выше Российской экономической школы (она на первом месте).

Алексей Загуменнов с сотрудниками

Но вот какие дела: я сам когда-то закончил ПНИПУ и знаю, каким образом иногда здесь решаются вопросы. Впрочем, уверен, что так происходит в большинстве вузов. Например, если кто-то нравится преподавателю, то получает оценки чуть лучше, чем заслуживает.

Кто-то может стать «кровным» врагом преподавателя из-за пары пропусков. Здесь много человеческих историй, а значит, очень высок человеческий фактор. Рейтинги, высокие места — это все манок для абитуриентов.

Компаниям нужны конкретные дела от конкретных специалистов.

Наш лучший конструктор закончил колледж

Наша группа компаний производит игровое и развлекательное оборудование в соответствии с жесткими требованиями наших заказчиков-бизнесменов. Каждый проект буквально встраивается в помещение, учитывается каждая колонна, каждый изгиб плинтуса, каждая розетка.

Чтобы покорять новые горизонты, для каждого, кто хочет купить игровой лабиринт, мы собираем рабочую группу в составе креативщика, дизайнера, экономиста, консультанта по бизнесу, пиарщика и, конечно, инженера-конструктора. А последние на рынке — нарасхват.

С конструкторами просто беда. При этом такие специалисты, которые закончили топовые вузы, сейчас ориентированы на зарплату, которую, как они думают, им гарантирует бренд вуза.

В конце июня наша команда хедхантеров присутствовала на защите дипломов инженеров-конструкторов того самого ПНИПУ. Главный итог этих смотрин — «неуд». На группу приходятся два-три будущих конструктора, представляющих хоть какой-то потенциал. Мы сделали несколько предложений с тем расчетом, чтобы продолжить образование выпускников уже на рабочем месте.

Руководитель отдела маркетинга Ирина Золотарева и специалист отдела кадров ГК Авира Валерия Аристова на защите дипломов выпускников ВШЭ
Лучший из ныне работающих у нас конструкторов закончил среднее специальное учреждение — Пермский строительный колледж. Наш лучший креативщик имеет незаконченное образование педагога. Один из самых результативных менеджеров по продажам — белорусский следователь.

Место получения образования — да и само образование — сегодня играет все меньшую роль. Возможно, совсем скоро наступят времена, когда вместо образования будут учитываться только личностные навыки вроде способности к самообучению, поиску и усвоению информации.

Обучайте специалистов сами

Исследования Фонда Кауфмана утверждают, что 95,1% предпринимателей имеет высшее образование.

При этом самые успешные миллиардеры мира начинали без него и предпочли получить дипломы, уже управляя собственным и поставленным на крепкую ногу бизнесом.

Именно такой подход нужно реализовывать и в рамках отдельно взятых компаний. Обучать специалиста самостоятельно выгоднее, чем верить в бренд вуза.

Источник: https://news.rambler.ru/education/40258661-ya-ne-beru-na-rabotu-vypusknikov-topovyh-vuzov-pochemu/

Босс против профессора: почему выпускники престижных вузов не могут найти работу

Наше представление о том, что университет должен кого-то готовить, должен отвечать реалиями экономики, рынка и т.д. — явление нового времени, если не новейшего.

Спросите любого абитуриента и родителя, для чего поступаешь в университет X? Мало кто ответит: чтобы заниматься наукой, знать все на свете, прочитать 5000 книг, стать сверхразвитой гармоничной личностью.

Вовсе нет! Ответ в подавляющем большинстве банален: чтобы после выпуска найти хорошую работу. Что такое «хорошая работа» — это отдельный разговор.

Вузы внушают поступающим, что по окончании открываются колоссальные перспективы: высокие рейтинги, среди выпускников — сплошь миллионеры и госчиновники. И не поспоришь! Вот только чья это заслуга: университета с его «фундаментальным классическим образованием» или все-таки самого человека, поставившего некую цель и достигшего ее?

Причина конфликта университет/работодатель заключается в том, что университет на протяжении почти тысячи лет своего существования как социального института (Салерно/Болонья — первый вуз) был предназначен совершенно для других целей, нежели массовая подготовка менеджеров среднего звена или инженеров-токарей-ударников производства.

Для понимания причины этого конфликта коротко проследим этапы развития университета и попробуем определить контуры образования будущего.

Средневековый университет был предназначен исключительно для воспроизведения такой социальной группы, как богословы. Университет был таким же средневековым цехом, как, например, цех кожевников или стеклодувов. Знание в то время было крайне ограничено, книг мало, каждая была на вес золота.

Отсюда и происходит ценность «знания», понимаемого как набор суммы фактов о мире. Раз информации мало, то сам факт получения этой информации автоматически выделяет вас из 99% населения, которое банально не умело читать. Отсюда и проистекает известная нам со школы «зубрежка», заучивание учебников/конспектов перед экзаменами.

И отсюда в определенном смысле элитарность университетского образования, которого было капля в море невежества.

Следующая фаза развития университета, назовем ее «Университет 2.0», — это так называемый «Исследовательский университет», основоположником которого считается Иоганн Гумбольдт.

Суть этой модели в том, что университет: а) нацелен на исследования и на воспроизводство новых поколений ученых, б) нацелен на воспитание «универсального» человека, который знает все обо всем и имеет специализацию в одном направлении.

Безусловно, университет изменился с XIX века: появились прикладные программы уровня магистра, MBA и т. д. Сейчас мы видим рост онлайн-образования, модульного обучения, обучения через всю жизнь и прочие модные тренды.

Отсюда и проистекает конфликт университет/работодатель. Первый исторически не был нацелен на рынок труда, поскольку этого рынка в нашем понимании попросту не существовало.

Знание/информация — это высшая ценность для истинного ученого. С точки зрения же работодателя, университеты дают избыток знаний.

Ему бы, работодателю, навыки работы с десятком программ, готовность проводить в офисе по 12 часов в сутки — и он счастлив.

А что рейтинги вузов? По большому счету рейтинги вузов ориентированы как раз на оценку того самого исследовательского университета. Вот список наиболее частых метрик:

  • — репутация вуза в академической среде;
  • — соотношение количества преподавателей к количеству студентов (чем меньше человек в группе, тем, в теории, больше преподаватель уделяет внимания каждому студенту и тем выше качество образования);
  • — отношение количества цитирований к количеству преподавателей или количества цитирований к количеству публикаций;
  • — уровень интернационализации вуза (чем выше доля иностранных студентов, преподавателей, тем лучше).

Все это действительно может помочь при выборе программ уровня магистратуры и особенно PhD (аспирантуры). Особенно, если потенциальный абитуриент смотрит предметный рейтинг. Но как все это может помочь работодателю?

Образование будущего:

— Модульность. Программы полного цикла (занятия с утра до вечера) станут раритетом или будут использоваться именно для подготовки исследователей.

Для стандартного работника размытой оцифрованной, полуофисной, полудомашней реальности понадобится четкий, ограниченный, но постоянно обновляемый набор навыков и знаний.

Поэтому, условно, бакалавриат будет не 4-летним, а 3-летним по два-три дня в неделю вечером после работы и онлайн.

— Мультиязычность. Развитие сервисов перевода сотрет такое понятие, как основной язык преподавания.

— Цифровизация. Все больше секторов образования будут переходить в онлайн и на уровень тех технологий, которые сейчас разрабатываются, но не являются массовыми в образовании (дополненная реальность, виртуальная реальность, прямая передача информации в мозг и т. д.).

— Смерть университета. Большинство вузов мира попросту отомрут за ненадобностью, в лучшем случае станут филиалами огромных корпораций, предоставляющих услуги образования полного цикла.

Источник: https://www.forbes.ru/karera-i-svoy-biznes/357279-boss-protiv-professora-pochemu-vypuskniki-prestizhnyh-vuzov-ne-mogut

Ссылка на основную публикацию