Наталья романова: -большинство трудностей в русском языке надумано

Наталья Романова: -Большинство трудностей в русском языке надумано Евгений Смирнов. Кублог (kublog.ru)

Петербургский поэт, чье детство прошло в белорусском Слуцке, презентовала в Москве выставку коллажей и две новые книги. В интервью Sputnik она вспоминает о том, как с бабушкой обманула журналистов, и открывает страшную тайну правописания.

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!

Оценим за полчаса!

Про таких людей, как Наташа Романова, наши предки говорили — «и швец, и жнец, и на дуде игрец». Не знаешь даже, как одним словом охарактеризовать такую безусловно самобытную личность. Художник — да. Поэт — тоже да.

А еще — филолог, а также нейрофизиолог, на стыке медицины и лингвистики создавшая уникальную методику идеальной грамотности.

В возрасте девяти лет Наташа стала известна на всю Белорусскую ССР, где прошло ее детство…

Наталья Романова: -Большинство трудностей в русском языке надуманоBlindkamikadze / Wikimedia CommonsНаталья Романова — филолог, нейрофизиолог. Основатель Школы грамотности Романовых, работающей в Петербурге с 1992 года, где обучает школьников и абитуриентов русскому языку, не прибегая к правилам и зубрежке. Именно она является автором уникальной методики обучения русскому языку «Без правил». Часто в СМИ её называют трэш-поэтессой.

Декорации

Мы с Наташей Романовой сидим за деревянным столом в жарко натопленном Зверевском центре современного искусства. На московских улицах чуть выше нуля. А в выставочном зале натопили от души и, кажется, дровами. Запах, как в деревенской баньке. И сам Зверевский центр похож на сказочную избушку.

В этом самом, пожалуй, странном выставочном зале столицы Наташа Романова презентует выставку коллажей, которая называется «Плохие люди», а еще — две новые книги поэзии.

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!
Читайте также:  Научная безграмотность: чего не знают россияне

Оценим за полчаса!

Одна из них называется «Зверство», вторая — «Людоедство». Обе выпустило питерское издательство «Лимбус-пресс». На столе лежит еще одна книжка — называется «Идеальная грамотность» от издательства «Питер».

Автор тот же — Наташа Романова.

Волосы красного цвета, креативная стрижка, крестообразный пирсинг между бровью и виском. Наташа Романова работает по своей методике уже тридцать лет, и счет переобученных дисграфиков идет на тысячи.

Наталья Романова: -Большинство трудностей в русском языке надумано Евгений Смирнов. Кублог (kublog.ru)К семи часам в Зверевский центр сходится публика. Мелькают куртки и «ирокезы» панков, седые шевелюры интеллектуалов. Появляется какой-то немыслимый дядька с железными зубами — из всей одежды на нем только подобие шотландского килта. А Наташа вспоминает детство в советской Белоруссии.

Пионеркина неправда

— В 1966 году, когда мне было 9 лет, я стала звездой. Меня показывали по телевизору. Я выступала по радио. Ко мне в Слуцк приезжали корреспонденты из Минска, а мои портреты печатались в республиканских газетах. Моя девичья фамилия Цай. У меня отец — кореец, а мама — русская. И, значит, я была Наташа Цай.

Мне стали приходить огромные мешки писем. Со мной желали переписываться пионеры не только Белоруссии, но особенно Болгарии — это была дружественная нам страна. Болгарские ребята присылали красивые открытки, книжки, сувениры.

Наши открытки Союзпечати были очень убогими. А тут — такие глянцевые роскошные открытки и буклеты с видами пляжей, гор и дивных городов. Фотографии артистов зарубежного кино, эстрады. Особенно нравились художественные фотографии котов.

Окно в мир вдруг пробилось.

Мне все в школе завидовали. Но дело все в том, что эта слава была незаслуженной. Стихи за меня писала моя бабка. Она была великой перформансисткой. Великой! Эта акция длилась довольно долго, несколько лет.

И была совершенно безнаказанной. Она естественным образом сошла на нет, когда мне это все надоело. А утихло все только к седьмому классу.

Тогда я перешла в другую школу, и у меня появились другие интересы и приоритеты.

Я даже ездила в Артек! Меня послали как знаменитую белорусскую поэтессу-вундеркинда, в юнкоровскую смену. Я там целых два месяца «отмотала» с юными корреспондентами.

Журналисткой я не была, но в газетах печаталась. И я все время боялась разоблачения. Вдруг меня заставят написать стихотворение в отсутствии бабки? Но этого не произошло. Все так и до сих пор продолжается.

И никто не знает, как все было на самом деле.

Возвращение поэтессы

Побыв знаменитой поэтессой, Наташа, спустя какое-то время, пробует свои собственные силы в лирике. Результат — разочаровывающий:

— Мои первые поэтические опыты были в высшей степени, крайне неудачными. Так пишут многие. Это было не более, чем гормональная поэзия, свойственная многим молодым девушкам.

Моя первая осмысленная, более-менее нормальная книга вышла в 1994 году. Это была книга «Машина наваждения», где я отдала дань европейскому постмодернизму. Книга прошла в общем потоке, как и очень многие издания такого же формата.

Я — концептуалистка в литературе, и передо мной всегда стоит определенная, четко сформулированная сверхзадача. Я ее формулирую, прежде чем браться за очередную книгу. У меня нет ни одного сборника.

Сборник — это когда пишешь что попало, а потом это все сгребаешь под одну обложку. Я не признаю такого творчества. Всегда стоит очень четко сформулированная задача.

Что это будет за книга, и какая будет ее целевая аудитория?

Поэтому надо было очень сильно отморозиться, начать жить совершенно другой жизнью. Начать все с нуля, чтобы написать что-то новое.

И переходной книгой, которую мне не стыдно показывать людям и читать оттуда стихи, были «Публичные песни». Это была очень издевательская книга. Она вышла в 1998 году.

Среди моих знакомых людей творческих профессий она произвела эффект разорвавшейся бомбы. Хотя по нынешним временам она — определенно смешная.

Потом было еще несколько поэтических книг. Самая известная — для подростков, с очень нецензурным названием, которая вышла в 2007 году.

Если будет ее читать какой-то взрослый дядя, он не поймет ничего. Он будет видеть нечто неприличное, что-то скабрезное. Книга написана современным подростковым языком, который на данный момент уже устарел. Язык очень быстро меняется, если он живой. Язык художественной литературы не меняется, он статичный, стерильный и мертвый. А разговорный — очень подвижный.

Без ложного пафоса

«Зверство» и «Людоедство» — девятая и десятая книги. Хотя это и неточно. Ведь если считать труды по филологии, число книг будет явно большим.

— В «Зверстве» описывается переход человека из человеческого состояния в звериное. Есть стихи, где описаны метаморфозы, описано приобретение новой сущности.

/…/ А «Людоедство» называется так, потому что в текстах нет ложного пиетета перед человеком. Нет никакого ложного гуманизма. Человек — это звучит не гордо. Он просто человек, не более того.

Без ложного пафоса, без привычного пошлого гуманизма. /…/

Не надо никогда бояться текстов. В самих по себе формах художественного поведения ничего страшного нет. Куда страшнее окружающая реальность. Она и страшнее, и фантасмагоричнее, чем любой, выдуманный автором сюжет. Потому что ни одно творческое воображение не способно сконструировать такую жуткую и ужасную реальность, которая окружает нас в действительности.

Наталья Романова: -Большинство трудностей в русском языке надумано Евгений Смирнов. Кублог (kublog.ru)/…/

Страшная тайна правописания

Когда мы начинаем разговаривать об идеальной грамотности, Наташа Романова ощутимо меняется. Она надевает очки, начинает говорить четкими, рублеными фразами, переходит на «ты». Перед ней — уже не журналист информагентства, а очередной двоечник.

— Берём предложение «Наша семья небогатая», — говорит Наташа. — Как писать слово «небогатая»?

Говорю, что, наверное, раздельно. Следует суровый ответ: «Нет, неправильно. Садись, два!» Дальше следуют примеры и пояснения:

— «Положил на стол» — есть трудность? Нет. Рука пишет сама. «Налил в чашку (в стакан)» — легко. Невозможно ошибиться, варианты отсутствуют. Ни один человек, в каком бы он ни был состоянии, никогда все это не напишет слитно. Это легко. Значит, позиции «раздельно» — не существует. Она надумана. Это лишняя позиция. Вместо позиции «раздельно» есть позиция «легко».

Теперь смотри: «вернусь наутро»». Трудность есть? Да. Раз задумался, значит, трудность есть. Где трудно — там слитно. Вот такой закон, неизвестный традиционной грамматике. Если есть трудность — это сигнал к слитному написанию. «Сидел вполоборота» — очень трудное слово. «Говорил вполголоса». «Вполоборота» люди пишут «в пол оборота». Или «впол оборота». Но все трудные слова пишутся слитно.

Теперь проверка. Занимает полсекунды. Где слитно, где нет. Где легко — там очень быстро ставится множественное число: на стол, в чашку — на столы, в чашки — их легко произнести в множественном числе. А вот где трудно — там множественное число не получится: вернусь наутры, сидел вполобороты, запомнил навсегды — сказать нельзя, множественное число не получится.

Если ты усвоил эту позицию, то оценки резко подскакивают. Как минимум, на балл — с «кола» на «двойку». А потом мы будем уже усваивать следующую позицию. Когда оценки перескочат с «тройки» на «четверку», тогда уже, глядишь, и жить можно.

Нормативная грамматика, правила, параграфы — они к практическому письму вообще не имеют никакого отношения. Многие из этих правил мало того, что не помогают, но еще и мешают.

Приводят к ошибкам и работают как вирусы. Вместо правил у нас — алгоритмы, поражающие своей простотой. Учить их не надо. Достаточно один раз увидеть.

Их очень мало, меньше десяти, но они держат под контролем все трудности, что есть при письме.

«У меня своя школа, школа Романовой, она известна в Санкт-Петербурге, мы ездим и по другим городам. Я являюсь автором методики по обучению старших школьников и взрослых грамотному письму, минуя грамматические правила. Эта методика позволяет научить за короткий срок любого носителя языка, достигшего лет 13−14, идеальной грамотности.

Программе уже больше 20 лет. Например, на прошлом „Тотальном диктанте“ самой распространенной ошибкой было слово „полглобуса“. В нашей школе даже самый заклятый двоечник с полсекунды напишет это слово правильно, потому что алгоритм вообще простейший — где трудно, там слитно».

(Источник: «Треш-поэтесса Наташа Романова: «Нет никакого мата»)

На стыке наук

Теория идеальной грамотности родилась из двух, казалось бы, взаимоисключающих научных дисциплин — филологии и нейрофизиологии:

— Я окончила филфак Ленинградского университета, затем — медицинский институт. Как нейрофизиолог, я занимаюсь центральным механизмом письма.

Я заметила, что есть такие учащиеся, которые не могут усвоить грамматику. Они вполне прилично успевают по другим предметам. У них — все в порядке с мышлением, замечательная память.

Но есть некая избирательная, локальная неуспеваемость по русскому языку.

И никто не знает из взрослых людей, окружающих этого подростка — откуда все это берется, почему? В чем причина? А причины подобной безграмотности лежат за пределами школьного образования. Это — дефицит внимания, мозговая дисфункция — дисграфия, то есть незрелость речевых систем коры головного мозга.

И на стыке нейрофизиологии и лингвистики я стала заниматься с учащимися по-другому, в обход школьной программы. Я никогда ни от кого не зависела и не работала с официальными структурами. И счастлива поэтому.

У меня есть возможность преподавать, не соприкасаясь с бюрократией и учреждениями. И вот я уже тридцать лет занимаюсь этим.

Обучаю подростков, имеющих стабильные проблемы с русским языком, идеальной грамотности безо всяких правил и словарей.

Наталья Романова: -Большинство трудностей в русском языке надумано Евгений Смирнов. Кублог (kublog.ru)

Беларусь как оазис спокойствия

— В Беларуси чувствуешь себя в безопасности, — говорит Наташа. — По улицам белорусских городов даже ночью ходишь спокойно, не оглядываясь по сторонам. Тогда как в России чувствуешь себя, как на каком-то полигоне.

Идешь — и не знаешь: откуда тебе прилетит. Мы очень много с мужем ездим по разным русским городам. И опасаемся гулять по вечерам. Я постоянно чувствую реакцию местных жителей.

Это либо наивно-восторженное отношение, либо настороженно- враждебное.

В России мой внешний вид всегда вызывает напряжение. А в Беларуси, кажется, этого никто не замечает: люди смотрят сквозь тебя. Там сейчас время отброшено на несколько десятилетий назад и куда-то вбок.

Я бы не стала это рассматривать как какой-то позитивный момент. Все рецепторы у людей уже атрофировались. Это все от безальтернативного интереса в жизни: потребления.

Все берут кредиты — на квартиры, автомобили, шубы и курорты.

В советском Слуцке было пять кинотеатров и больше десятка книжных магазинов. Сейчас функционирует один кинотеатр и только один книжный, где продаются, в основном, учебники и канцтовары.

Местная газета давно прекратила свое существование.

Если вы думаете, что все это из-за того, что в качестве новых медиа там теперь широко используется Интернет, то ничуть не бывало: особой потребности в нем граждане также не испытывают.

Наталья Романова: -Большинство трудностей в русском языке надумано

О нобелевке и творчестве белорусов, живущих не в беларуси

Нобелевской премии, которую получила белорусская писательница Светлана Алексиевич, героиня нашего интервью искренне радуется:

— Я очень рада и считаю, что это более чем справедливо. У меня не было ни малейших сомнений в том, что это произойдет. То, что премию по литературе получила женщина, да еще и пишущая по-русски, — прецедент, которого никогда не было, и вряд ли он еще когда-нибудь будет.

И мне глубоко отвратительно все то кукареканье, которое поднялось в социальных сетях и средствах массовой информации — в лучших традициях невежественного дискурса «не читал, но скажу».

Все это мы уже проходили 57 лет назад один в один с той лишь разницей, что тогда не было социальных сетей, а теперь каждый идиот получил доступ к интернету, чтобы демонстрировать там свою серость и агрессию.

Белорусским читателям Наташа Романова желает больше интересоваться творчеством своих земляков, которые живут не в Беларуси:

— Многие из них не живут на родине из-за того, что социокультурная ситуация в Беларуси не способствует развитию такого творчества, которым они занимаются и, соответственно, гораздо больше известны в России, чем у себя на родине. Например, писатель и кинорежиссер Владимир Козлов, Антон Кривуля (музыкальные проекты «Волшебная одноклеточная музыка», «Мох», «Котята»), шумовой проект «Струп» и многие другие».

Источник: Sputnik Беларусь

Другие интервью с Натальей Романовой (рекомендуем)

Источник: https://kurjer.info/2015/10/19/romanova/

Наталья Романова — 22 урока идеальной грамотности: Русский язык без правил и словарей

Здесь можно купить и скачать «Наталья Романова — 22 урока идеальной грамотности: Русский язык без правил и словарей» в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: Языкознание, издательство Питер, год 2010. Так же Вы можете читать ознакомительный отрывок из книги на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.

На Facebook
В Твиттере
В Instagram
В Одноклассниках
Мы Вконтакте

Наталья Романова: -Большинство трудностей в русском языке надумано

Описание и краткое содержание «22 урока идеальной грамотности: Русский язык без правил и словарей» читать бесплатно онлайн.

Наталья Романова – филолог, нейрофизиолог, руководитель и автор курса Школы грамотности Романовых – представляет курс «Без правил». Эта альтернативная программа практической грамотности действует с 1992 года.

Она позволяет всего за 10 занятий научиться уверенно писать без ошибок.

Русский язык без заучивания правил и использования словарей? С программой «Без правил» это возможно! Курс предельно прост и эффективен, решает все проблемы с грамотностью, стоящие перед школьниками и абитуриентами, включая успешную сдачу ЕГЭ. Это настоящий прорыв, освобождение из карцера нормативной грамматики, где люди мучительно проводят свои школьные годы!

Наталья Романова

22 урока идеальной грамотности

Если вы, читатель, родитель школьника (что очень даже вероятно, если вы купили эту книгу), то нам надо обсудить ряд позиций.

Здесь раскрывается основная концепция моей программы «Без правил»: научить писать без ошибок можно лишь тогда, если:

1. Вам известна природа этих ошибок.

2. Вам знакома система (структура) подростковых ошибок.

Кроме того, надо сразу определиться, какие именно задачи вы ставите перед собой. Если вы, пытаясь помочь своему ребенку, будете учить его по этой книге сами, уподобляясь репетитору, то ничего не получится.

Учащийся должен читать все разделы этой книги сам, чтобы понять всю разницу и бонусы этой программы (насколько это возможно при заочном обучении). Ему будут попадаться задачи, где одним из действий (это всегда – первое действие) будет счет на слух.

Вот тогда вы и сможете ему помочь, читая задачу вслух, а он будет считать нужные позиции. Но не более того. Приступать к решению задач по вашей инициативе, если учащийся книги не читал, абсолютно бессмысленно.

А как ему эту книгу читать? Это не увлекательный блокбастер, но и не учебник. Это даже не учебное пособие. Здесь предлагается принципиально другой, альтернативный взгляд на грамматику, который настоятельно требует отказа от школьных стереотипов. И если это станет понятно, то тогда есть смысл позаниматься по этой программе, а если нет – то это дело личного выбора.

Представьте, что вам 14–16 лет и родители суют вам под нос очередную книжку про то, как надо стать грамотным, – неужели вы обрадуетесь? Такой «бонус» не может вызвать у подростка ничего, кроме протеста, тем более ваше мнение для него здесь – не авторитет. Вот поэтому, как это ни огорчительно, но моими первыми читателями в данном случае окажетесь именно вы, а не та аудитория, для которой эта программа предлагается.

Читайте также:  Абитуриенты педагогических вузов должны быть психически здоровы

Остается надеяться, что часть этой аудитории (я имею в виду молодежь 13–18 лет) знает и мои другие книги (совсем не о грамотности) или хотя бы слышала о них. Тогда они и к этой проявят интерес.

А раз начнут читать – то будут и заниматься по ней. Возможно, это улучшит их грамотность и сведет количество ошибок к минимуму.

Но при этом надо отдавать себе отчет в том, что любое заочное обучение – все равно суррогат живого обучения.

Ничто так не действует на память, остроту восприятия и слухоречевую оперативную активность, как присутствие на занятии вживую: программа «БП» – ведь не только алгоритмы и сокращение количества позиций, но, что немаловажно, – постоянные тренинги на внимание и контроль на базе наших позиций, счет и увеличение объема оперативной памяти в момент письма! Именно это, а не знание правил, (а также и алгоритмов) и гарантирует результат обучения. Уже в первый день обучения (ДО) включается программа «память-контроль» – и учащиеся удерживают при письме от 9 до 15 позиций, а только что они не знали ни одной).

Книга, конечно, источник знаний. Но только не в данном случае! Наша задача – не знать, а уметь. Практическая грамотность (письмо без ошибок) и нормативная грамматика – далекие, чуждые друг другу вещи.

Грамматика – это злая мачеха практической грамотности: она всячески ее одергивает, поучает, пугает, заставляет делать скучную, бессмысленную работу и всячески ограничивает ее свободу и личное пространство.

Тут вопрос в том, на чьей вы стороне. Я думаю, в любом случае вы на стороне своих подростков, учащихся в школах и колледжах, у которых нет времени и желания учиться по учебникам.

Тем более что такая задача не имеет решения.

Сокращения, термины и условные обозначения

  • ДО – день обучения.
  • БП – программа «Без правил».
  • ШОП – школьная орфопрограмма.
  • ПРП – паузная речевая пунктуация.
  • ДОБ – деепричастный оборот.
  • П – (1+2)=ДОБ – формула ДОБа.
  • (z) – гармошка.
  • (z) = «ни» + любой вопрос – формула «гармошки».
  • РБ – регулярный блок.
  • – ложная пауза № 1 (между подлежащим и сказуемым).
  • – ложная пауза № 2 (перед «и», если оборот – дальше: непопадание рамки в паузу).
  • – ложная пауза № 3 (уточнения нет).
  • БСП – бессоюзное сложное предложение.
  • БСС – быстрая смена событий.
  • – предлоги-братья (родные).
  • – предлоги-братья (двоюродный).
  • – предлоги-братья («друган»).
  • – позиция «легко».
  • – ошибка возможна.
  • КВАГИ – квазиграмматизмы: пЕджак, плОкат, правЕльный, подлЕнный.

ШПИОНЫ – нарушения закона слитности. Ошибки типа «ушел на долго», «пришел на утро на веселе», «не веселый вид», «сказал в пол голоса», «не правильный вывод», «не по далеку от дома», «не внимательность».

МАРГИНАЛЫ – слова, не подчиняющиеся закону слитности (типа «на ходу», «на ощупь», «в меру»).

Text-control – обозначение всех позиций в момент письма.

Часть I

ГЛАВНЫЕ ОШИБКИСТРАТЕГИЧЕСКИЕ ДЕЙСТВИЯ В БОРЬБЕ С НИМИ. ШПИОНЫ И КВАГИ

Для победы над безграмотностью необходима правильная стратегия. Нельзя побороть несметные полчища ошибок, бросаясь в гущу врага с шашкой наголо.

Ошибки надо строго классифицировать по значимости (основные и второстепенные) и частотности (частые и менее распространенные).

Все должно быть под контролем, пусть твое внимание будет экономно и точно направлено в нужную сторону, а не распылено на все сразу.

Главным объектом твоего внимания в первую очередь будут наиболее злобные, упорные и вездесущие ошибки. Таких стратегически значимых объектов всего два! Вначале надо «взять», победить именно их.

Враги сильно потеснятся, когда ты лишишь их двух главнокомандующих. Оставшись без опоры, «рядовые» ошибки быстро сдадут свои позиции и отступят. Добить и победить их – это уже вопрос тактики, а не стратегии. Правильная тактика у нас есть, и ты скоро получишь все необходимые инструкции.

Но вначале тебе предстоит получить инструкции стратегического характера: ведь именно выбор правильной стратегии определяет успешный ход военных действий, их уверенное ведение и победу!

Прежде всего тебе придется отказаться от многих давно известных и привычных понятий. Некоторые из них будут у нас под запретом, а на некоторые ты сумеешь взглянуть по-новому.

Многие грамматические правила и понятия сейчас уже безнадежно устарели, а школьные учебники и пособия с каждым новым переизданием становятся все более сложными. Наша книга – это не учебник, не пособие по русскому языку, не справочник по грамматике.

В ней тебе будут предложены новые стратегии, необходимые для того, чтобы победить ошибки и сделать свое письмо предельно грамотным.

В главе «Слитность» ты узнаешь, как одолеть самого главного врага, занимающего свои ключевые позиции на границе слов («шпионы»). В главе «КВАГИ» познакомишься с великим и ужасным врагом № 2 (ведь врагов надо знать в лицо).

Прежде чем приступить к штурму главных позиций, то есть уже, собственно, к обучению, сразу задай правильное направление движению.

При письме везде бывает только

Пока у тебя нет опоры, тебе кажется, что трудностей («ошибка возможна») куда больше, чем вариантов «ошибиться нельзя». Это заблуждение. На самом деле при письме вариантов «нет трудности – ошибиться нельзя» подавляющее большинство по сравнению с « трудным ». Позиция « легко» во много раз превышает позицию «ошибка возможна».

Очень скоро ты увидишь, что это действительно так. А пока просто прими к сведению, что вариантов при письме всего два, а скоро и вообще останется всего один.

Мы будем все время идти по пути сокращения количества позиций, вместо того чтобы, наоборот, их увеличивать, как это делается в традиционной грамматике и школьной программе (ШП).

  1. Обозначим (и назначим) главную позицию (объект), на
  2. которую и надо будет направить все свои усилия прежде
  3. всего:
  4. СЛИТНОСТЬ.

Глава 1

Главная позиция обучения «без правил» – СЛИТНОСТЬ

Ошибки на границах слов в нашей программе называются «Шпионы»

Слово «раздельность» у нас под строгим запретом. Позицию «писать раздельно» мы исключаем из-под своего наблюдения и игнорируем! Мы предпочитаем минимальное количество позиций: оставляем (для контроля) всего одну, так как если она одна, то выбирать не из чего, варианты отсутствуют и ошибка исключена.

  • При письме всегда бывает
  • Предлагаю прочесть обе колонки:
  • Вопрос: где позиция «легко» (ошибиться нельзя)?

Естественно, в первой. При письме люди не замечают этой позиции, то есть здесь рука пишет сама, варианты отсутствуют и ошибка исключена. Это позиция «легко»-®. А вот во второй колонке уже другая ситуация. Здесь трудность есть, и можно запросто ошибиться.

Более того: подавляющее большинство учащихся все эти и подобные слова пишут неправильно: «на утро», «в догонку», «с горяча», «до тла». А вот слова из первой колонки правильно пишут все. Никто не напишет: «настол», «вчашку», «сдругом» и «доларька». В первой колонке – позиция «легко»*?*: ошибка исключена.

И ее мы снимаем с контроля!

Конец ознакомительного отрывка

ПОНРАВИЛАСЬ КНИГА?

Наталья Романова: -Большинство трудностей в русском языке надумано
Эта книга стоит меньше чем чашка кофе! УЗНАТЬ ЦЕНУ

Источник: https://www.libfox.ru/358507-natalya-romanova-22-uroka-idealnoy-gramotnosti-russkiy-yazyk-bez-pravil-i-slovarey.html

22 урока идеальной грамотности: Русский язык без правил и словарей

Проверка «СКАЖИ ИНАЧЕ»

Действуй так. Начал сомневаться и не знаешь, как поступить, – объясни слово самому себе – как можно короче и как можно проще – и быстро!

«Обед еще не готов». Ты не знаешь, что это за «часть речи» и что с ней делать. Объясняй: «не готов» – это значит, что его еще не приготовили; не сварили; мне еще не дали поесть.

Я еще не пообедал; мама не успела его приготовить. Сразу – а это важно – выскочит при такой проверке простой глагол.

Как ни скажешь – это будут только глаголы и больше ничего, кроме глаголов (простых, в природе которых у нас нет сомнений).

«Дверь не заперта» – это значит, что ее не заперли, не закрыли; «свет не выключен» – его не выключили, забыли выключить, не погасили; «ошибки не замечены» – она их не заметила, не увидела; «мне не холодно» – значит, я не замерз, я не мерзну; «сказал не подумав» – я не думал; «пока не арестован» – его еще не арестовали; «друзей не видно» – я их не вижу; «музыки не слышно» я ее не слышу.

При такой проверке – сразу – импульсивно выскакивает нужное опорное слово-ответ (в данном случае – это простой глагол, тот самый, который мы зачислили в позицию «легко» – и даже сняли с контроля).

Тогда все эти до этого непонятные «части речи» мы автоматически включаем в группу «ДЕЙСТВИЯ» и переводим в позицию «лerκo».

Мы сократили количество позиций и тем самым сняли проблему, а значит – сняли с контроля.

Ценное примечание. Запрещается делать проверку «скажи иначе» тупым подбором слов. Типа: «не готов» – «готовить»; «не заперта» – «запереть»; «невидно» – «видеть». Вот так ни в коем случае делать нельзя! В ряде позиций это приведет к неверному ответу – и к ошибке.

Необходимо сделать акцент на этом. Подобный стереотип – наследие ШП («холостяк» – «хОлост»; «коза» – «кОзы»). Вот здесь происходит главная, трудноисправимая ошибка в схеме обучения, порождающая в дальнейшем ошибки злокачественной природы.

«Коза» – «кОзы» и подобные лого-ритмические фразы формируют автоматический комплекс неверного реагирования на всю дальнейшую ШП – а они еще удивляются, почему все так плохо. «Холостяк» – «хОлост»; «опоздал» – «опаздывать».

Само звучание этих лого-ритмов завораживает, действуя на сознание как заклинание и мантра. И поэтому в дальнейшем очень трудно избавиться от их влияния: тут включаются древние, праязыковые механизмы.

Причем в грамматике – то есть в ШП – они еще и работают неверно: это злые заклинания, уводящие в сторону заблуждения и неверного ответа. В слове «холостяк» есть русский исконный блок – «оло», а блоки не проверяются, потому что они никогда не меняются[1]

1
  См. раздел «Регулярные блоки».

[Закрыть]

. «Опоздал» – «опаздывать» – это неверный ход и гарантированная ошибка.

В данном случае – насчет «не» – вот пример.

«Немедленная реакция». Тупой подбор слов приведет к «проверке» – «медлить». Дальше – искривление хода: (не)медленная → медлить → значит, это «ДЕЙСТВИЕ» → а раз так, то вывод: «не медленная».

Или: «непростительная ошибка».

Непростительная → не простить → глагол, а раз так, то вывод: «не простительная».

Проверка тупым подбором слов запрещена!

  • Проверка «скажи иначе» делается по-другому: не торопиться по типу «коза» – «кОзы», «гроза» – «грОзы», а сказать иначе: доступно объяснить себе самому смысл слова – как можно проще и как можно короче, начиная со слов: «это значит то-то и то-то» (это значит, что обед мне еще не приготовили (не готов) и пуговицу мне никто не пришил (не пришита)).
  • Перейдем ко второй группе слов, «ЧИСТЫЕ».
  • Примеры:
  • «До школы недалеко».
  • «Наша семья небогатая».
  • « Неправильный вывод ».
  • «Сказал неправду».
  • «День был нежаркий».
  • «Ненастоящая татуировка».
  • «Кот небольно укусил».
  • «Твой ответ неверный».

Тут главное, что это не «ДЕЙСТВИЯ», а «все остальные» (где нет никакого действия). Мы их называем «ЧИСТЫЕ». Если с «ДЕЙСТВИЯМИ» теперь все ясно (сняты с контроя – позиция «легко»), то здесь всегда есть сомнения и варианты выбора. А раз так – то и думать нечего. Опора уже есть: где трудно – там слитно. Закон ППП работает на слитность.

ПОВЕДЕНИЕ ПРИ ПИСЬМЕ (ППП): «ЧИСТЫЕ» пи сать слитно! (Правила и «проверки» – запрещены).

Варианты отсутствуют. Осталось только нарисовать дугу сверху – от хвоста к голове чтобы подтвердить свое решение. (Крестик и нолик рисовать не надо – здесь это лишнее. Достаточно одной дуги.)

Радикальное решение с «не»:

«ДЕЙСТВИЯ» – это позиция «легко», и с контроля их снять.

Числитель – сокращаем; в знаменателе – все та же позиция – слитно. Одна (!) позиция. Варианты отсутствуют. Трудности тоже. Ошибиться нельзя.

Наблюдения и выводы

Без опоры и какого-либо посыла – под диктовку – учащиеся пишут со следующей (это обязательно – другой) страницы простые словосочетания: «это было не в Москве»; «не моя это собака»; «я вам не какой-нибудь неуч!»; «еще не вечер»; «я буду делать уроки не сегодня»; «на мне не школьная форма»; «моя мама не народная артистка»; «мой папа не милиционер и не наемный убийца»; «не соседский ли это кот?», «а вы разве не православный человек?»; «и я тоже не первобытный дикарь»; «и сейчас не каменный век»; «эта история не из приятных» и так далее.

Цель наблюдения: рука пишет сама – позиция «легко». Ошибиться нельзя. А ведь это были «ЧИСТЫЕ»! Никто не напишет «это было невМоскве» или «мой папа немилиционер».

Вывод: В «ЧИСТЫХ» позицию «легко»снять с контроля! Исключить из поля зрения, так как варианты отсутствуют. Ошибки исключены.

В остатке – опять одна позиция то есть слитность.

1. Закон ППП – где трудно – там слитно.

2. Чистые всегда писать слитно.

То есть мы снова, уже в который раз, вернулись туда, откуда шли в поисках решения: на позицию слитно.

Слова-магниты

Есть три слова (!), которые образуют сильный отрицательный заряд, вокруг которого формируется отрицательное напряжение, безотказно действующее на частицу «не». Короче, магнит отделяет ее от слова – и все.

В первой колонке, собственно, магниты. Их три: «отнюдь», «вовсе» и «далеко». Есть и четвертая позиция: ведь наибольшее количество позиций алгоритма – 4.

Четвертую позицию немедленно поместим сюда, пусть даже для этого нам придется забежать немного вперед.

Скоро у нас будет тема «Гармошка». По одной только простейшей формуле ты научишься писать невероятно большое количество слов.

Все слова из гармошки начинаются с «ни».

В первой колонке – новый магнит – «гармошка» (все слова – на «ни». Именно в ней и есть магнит: «маленькая намагниченная ни» – так я о ней говорю. Сразу надо ее обвести).

  1. Также сразу надо обвести магнит вместе с «не», которая уже отделилась.
  2. Магниты:
  3. 1) «отнюдь»; 2) «вовсе»;
  4. 3) «далеко»; 4) вся «гармошка».

В качестве домашнего задания надо сделать следующее. Учить их не надо, а надо написать на клочке бумаги, оторвать каждое и прикрепить к холодильнику на магнит! Именно так надо поступить. Это очень важно.

Гармошка

Теперь в рамках темы «Слитность» перед нами главной задачей будет – свести к нулю группу ошибок, которые являются системными и не управляемыми путем правил и занятий по ШП и с репетитором (что, суть, одно и то же). Кроме того, в системе орфопровокаций эта позиция наиболее частотна.

Читайте также:  Формула любви: сколько стоит патриотическое воспитание

Обычно я говорю так: как только ты взял ручку и начинаешь писать, тотчас же на тебя нападают эти слова, их так много, что ты, даже если бы знал, с чем имеешь дело, не можешь от них отбиться. В этом нет ничего удивительного: так уж устроена речь – как устная, так и письменная.

Без них просто нельзя обойтись, их нельзя избежать: так же как не избежать множества других простых вещей.

Выходя, например, на улицу, у тебя под ногами будет много всяческих мелочей: камушков всяких, сухой листвы и луж – всего того, что ты не можешь учесть, если перед тобой специально не поставлена такая задача.

Неопределенные и отрицательные местоимения и местоименные наречия – кажется, именно так они называются «правильно». Их нормативность в ШП – классический вариант системных ошибок[2]

2
  См. главу «Системные ошибки».

[Закрыть]

.

В процессе длительного наблюдения за ошибками в тексте, который все пишут на консультации, эта группа ошибок наиболее частотна, что позволяет нам отнести их природу к системным нарушениям в схеме обучения.

Примеры ошибок: «не от кого не зависящий результат»; «не за что не отвечает»; «не кого он не любит»; «не кто из нас там не был»; «не от куда не приехал»; «сколько? – не сколько»; «для кого? – не для кого» и так далее.

Кроме того, всем учащимся я хочу сказать следующее – перед тем как перейти к теме обучения:

– Знаете, что? Подобные ошибки – это показатель общей грамотности текста! Достаточно вашу работу пробежать глазами – а далеко бежать не надо – эти слова тут же в глаза и бросаются, и сразу все ясно. Раз человек эти слова не умеет писать (и если это повторилось системно – 3-4-5 раз), то все. Все остальное уже неважно: ему назначается пожизненная оценка – два.

На самом деле это в учебниках все неправильно написано. Об этом будет подробно рассказано в главе «системные ошибки». А сейчас я покажу, как надо поступать.

Инструкция:

Любое такое слово («гармошка», обозначается (z)) подчиняется формуле:

  • Ни + зачем = низачем!
  • Ни + какой = никакой!
  • Ни + откуда = ниоткуда!
  • Ни + где = нигде!
  • Ни + сколько = нисколько!

ППП: Всегда – только слитно. Всегда – только «ни»: «ни» никогда не меняется; варианты отсутствуют и не обсуждаются.

Примечание № 1

Предлагаю посмотреть на вторую колонку и проговорить слова. И что тут трудного? Ничего! Ошибиться нельзя, потому что варианты отсутствуют. Эта позиция не то что «легко», а вообще нулевая. И она должна быть снята с контроля!

Зачеркнем ее, но так, чтобы было видно, что это мы сами решили ее снять с контроля. Рука пишет сама! Эти слова (и им подобные) никакого отношения к гармошке не имеют.

Примечание № 2

Иногда бывает так: между «ни» и вопросом третьим вклинивается предлог – и он разбивает слово на 3 черепка: раз-два-три. Эту позицию мы будем называть «гармошка-3» (обозначать – (z)3).

  1. При этом я утверждаю, что это позиция «легко»:
  2. «ни к кому»
  3. «ни для чего»
  4. «ни у какой»
  5. Насчет «ни» уже договорились: варианты отсутствуют. Насчет другого:
  6. Наблюдение:
  7. 1) «ник кому»
  8. 2) «ни ккому»
  9. 3) «никкому»
  10. 3) и последний: «ни к кому» – единственный нормальный!

Источник: https://iknigi.net/avtor-natalya-romanova/87835-22-uroka-idealnoy-gramotnosti-russkiy-yazyk-bez-pravil-i-slovarey-natalya-romanova/read/page-2.html

Наташа Романова: идеальная грамотность и людоедство

Про таких людей, как Наташа Романова, наши предки говорили — «и швец, и жнец, и на дуде игрец». Не знаешь даже, как одним словом охарактеризовать такую безусловно самобытную личность. Художник — да.

Поэт — тоже да. А еще — филолог, а также нейрофизиолог, на стыке медицины и лингвистики создавшая уникальную методику идеальной грамотности.

В возрасте девяти лет Наташа стала известна на всю Белорусскую ССР, где прошло ее детство…

Декорации

Мы с Наташей Романовой сидим за деревянным столом в жарко натопленном Зверевском центре современного искусства. На московских улицах чуть выше нуля. А в выставочном зале натопили от души и, кажется, дровами. Запах, как в деревенской баньке. И сам Зверевский центр похож на сказочную избушку.

В этом самом, пожалуй, странном выставочном зале столицы Наташа Романова презентует выставку коллажей, которая называется «Плохие люди», а еще — две новые книги поэзии.

Одна из них называется «Зверство», вторая — «Людоедство». Обе выпустило питерское издательство «Лимбус-пресс». На столе лежит еще одна книжка — называется «Идеальная грамотность» от издательства «Питер».

Автор тот же — Наташа Романова.

Волосы красного цвета, креативная стрижка, крестообразный пирсинг между бровью и виском. Наташа Романова работает по своей методике уже тридцать лет, и счет переобученных дисграфиков идет на тысячи.

К семи часам в Зверевский центр сходится публика. Мелькают куртки и «ирокезы» панков, седые шевелюры интеллектуалов. Появляется какой-то немыслимый дядька с железными зубами — из всей одежды на нем только подобие шотландского килта. А Наташа вспоминает детство в советской Белоруссии.

Пионеркина неправда

— В 1966 году, когда мне было 9 лет, я стала звездой. Меня показывали по телевизору. Я выступала по радио. Ко мне в Слуцк приезжали корреспонденты из Минска, а мои портреты печатались в республиканских газетах. Моя девичья фамилия Цай. У меня отец — кореец, а мама — русская. И, значит, я была Наташа Цай.

Мне стали приходить огромные мешки писем. Со мной желали переписываться пионеры не только Белоруссии, но особенно Болгарии — это была дружественная нам страна. Болгарские ребята присылали красивые открытки, книжки, сувениры.

Наши открытки Союзпечати были очень убогими. А тут — такие глянцевые роскошные открытки и буклеты с видами пляжей, гор и дивных городов. Фотографии артистов зарубежного кино, эстрады. Особенно нравились художественные фотографии котов.

Окно в мир вдруг пробилось.

Мне все в школе завидовали. Но дело все в том, что эта слава была незаслуженной. Стихи за меня писала моя бабка. Она была великой перформансисткой. Великой! Эта акция длилась довольно долго, несколько лет.

И была совершенно безнаказанной. Она естественным образом сошла на нет, когда мне это все надоело. А утихло все только к седьмому классу.

Тогда я перешла в другую школу, и у меня появились другие интересы и приоритеты.

Я даже ездила в Артек! Меня послали как знаменитую белорусскую поэтессу-вундеркинда, в юнкоровскую смену. Я там целых два месяца «отмотала» с юными корреспондентами.

Журналисткой я не была, но в газетах печаталась. И я все время боялась разоблачения. Вдруг меня заставят написать стихотворение в отсутствии бабки? Но этого не произошло. Все так и до сих пор продолжается.

И никто не знает, как все было на самом деле.

Возвращение поэтессы

Побыв знаменитой поэтессой, Наташа, спустя какое-то время, пробует свои собственные силы в лирике. Результат — разочаровывающий:

— Мои первые поэтические опыты были в высшей степени, крайне неудачными. Так пишут многие. Это было не более, чем гормональная поэзия, свойственная многим молодым девушкам.

Моя первая осмысленная, более-менее нормальная книга вышла в 1994 году. Это была книга «Машина наваждения», где я отдала дань европейскому постмодернизму. Книга прошла в общем потоке, как и очень многие издания такого же формата.

Я — концептуалистка в литературе, и передо мной всегда стоит определенная, четко сформулированная сверхзадача. Я ее формулирую, прежде чем браться за очередную книгу. У меня нет ни одного сборника.

Сборник — это когда пишешь что попало, а потом это все сгребаешь под одну обложку. Я не признаю такого творчества. Всегда стоит очень четко сформулированная задача.

Что это будет за книга, и какая будет ее целевая аудитория?

Поэтому надо было очень сильно отморозиться, начать жить совершенно другой жизнью. Начать все с нуля, чтобы написать что-то новое.

И переходной книгой, которую мне не стыдно показывать людям и читать оттуда стихи, были «Публичные песни». Это была очень издевательская книга. Она вышла в 1998 году.

Среди моих знакомых людей творческих профессий она произвела эффект разорвавшейся бомбы. Хотя по нынешним временам она — определенно смешная.

Потом было еще несколько поэтических книг. Самая известная — для подростков, с очень нецензурным названием, которая вышла в 2007 году.

Если будет ее читать какой-то взрослый дядя, он не поймет ничего. Он будет видеть нечто неприличное, что-то скабрезное. Книга написана современным подростковым языком, который на данный момент уже устарел. Язык очень быстро меняется, если он живой. Язык художественной литературы не меняется, он статичный, стерильный и мертвый. А разговорный — очень подвижный.

Без ложного пафоса

«Зверство» и «Людоедство» — девятая и десятая книги. Хотя это и неточно. Ведь если считать труды по филологии, число книг будет явно большим:

— В «Зверстве» описывается переход человека из человеческого состояния в звериное. 

Есть стихи, где описаны метаморфозы, описано приобретение новой сущности. Например, стихотворение, где дядька превращается в свинью. Хотя на самом деле стихотворение — о детстве. Неприятный человек постепенно превращается в животное, и девочка его убивает, потому что о том, как колоть свиней, в белорусской провинции знает каждый ребенок.

А «Людоедство» называется так, потому что в текстах нет ложного пиетета перед человеком. Нет никакого ложного гуманизма. Человек — это звучит не гордо. Он просто человек, не более того. Без ложного пафоса, без привычного пошлого гуманизма.

В моих стихах отсутствует лирический герой. Это — ролевые стихотворения. Есть стихи от лица подростка, хипстера, старика, бомжа, пациента психиатрической больницы, техногенного монстра-мутанта. Не надо автора идентифицировать с образами и масками, с теми ролями, которые есть в тексте.

Не надо никогда бояться текстов. В самих по себе формах художественного поведения ничего страшного нет. Куда страшнее окружающая реальность. Она и страшнее, и фантасмагоричнее, чем любой, выдуманный автором сюжет. Потому что ни одно творческое воображение не способно сконструировать такую жуткую и ужасную реальность, которая окружает нас в действительности.

Искусство коллажа

С темы людоедства плавно переходим к изобразительному искусству, проявленному в рамках данной выставки в составлении коллажей:

— Я имитирую различные художественные техники, — объясняет Наташа Романова суть своего художественного метода. — Здесь не нарисовано ни одной линии.

Я вырезаю или отрываю руками фрагменты репродукций — зависит от того, какую технику я собираюсь имитировать. Например, очень хорошо подходят репродукции в старых «Огоньках, желательно 70-х годов.

Там рыхлая бумага и слепая печать. Настолько она некачественная. Но для меня это — то, что надо.

Когда рвешь руками бумагу и склеиваешь не встык, то получается имитация живописи маслом. Если сделать чуть-чуть по-другому — будет как пастель. Можно сделать как гуашь. А уже в 90-е годы появилась новая печать в журналах «Птюч», «Ом» — сочных, «вырви глаз», кислотных оттенков, из них можно делать серии, которые далеки от имитации классической живописи.

Я работаю с двумя фигурами и посредством их композиционного расположения, цвета, имитации различных техник показываю различные пласты жизни определенных слоев общества. Меня интересуют пограничные, маргинальные состояния. Среди моих героев много представителей искусства, богемы, бомжей».

Страшная тайна правописания

Когда мы начинаем разговаривать об идеальной грамотности, Наташа Романова ощутимо меняется. Она надевает очки, начинает говорить четкими, рублеными фразами, переходит на «ты». Перед ней — уже не журналист информагентства, а очередной двоечник.

— Берем предложение «Наша семья небогатая», — говорит Наташа. — Как писать слово «небогатая»?

Говорю, что, наверное, раздельно. Следует суровый ответ: «Нет, неправильно. Садись, два!» Дальше следуют примеры и пояснения:

— Положил на стол» — есть трудность? Нет. Рука пишет сама. «Налил в чашку (в стакан)» — легко. Невозможно ошибиться, варианты отсутствуют. Ни один человек, в каком бы он ни был состоянии, никогда все это не напишет слитно. Это легко. Значит, позиции «раздельно» — не существует. Она надумана. Это лишняя позиция. Вместо позиции «раздельно» есть позиция «легко».

Теперь смотри: «вернусь наутро». Трудность есть? Да. Раз задумался, значит, трудность есть. Где трудно — там слитно. Вот такой закон, неизвестный традиционной грамматике. Если есть трудность — это сигнал к слитному написанию. «Сидел вполоборота» — очень трудное слово. «Говорил вполголоса». «Вполоборота» люди пишут «в пол оборота». Или «впол оборота». Но все трудные слова пишутся слитно.

Теперь проверка. Занимает полсекунды. Где слитно, где нет. Где легко — там очень быстро ставится множественное число: на стол, в чашку — на столы, в чашки — их легко произнести в множественном числе. А вот где трудно — там множественное число не получится: вернусь наутры, сидел вполобороты, запомнил навсегды — сказать нельзя, множественное число не получится.

Если ты усвоил эту позицию, то оценки резко подскакивают. Как минимум, на балл — с «кола» на «двойку». А потом мы будем уже усваивать следующую позицию. Когда оценки перескочат с «тройки» на «четверку», тогда уже, глядишь, и жить можно.

Нормативная грамматика, правила, параграфы — они к практическому письму вообще не имеют никакого отношения. Многие из этих правил мало того, что не помогают, но еще и мешают.

Приводят к ошибкам и работают как вирусы. Вместо правил у нас — алгоритмы, поражающие своей простотой. Учить их не надо. Достаточно один раз увидеть.

Их очень мало, меньше десяти, но они держат под контролем все трудности, что есть при письме.

На стыке наук

Теория идеальной грамотности родилась из двух, казалось бы, взаимоисключающих научных дисциплин — филологии и нейрофизиологии:

— Я окончила филфак Ленинградского университета, затем — медицинский институт. Как нейрофизиолог, я занимаюсь центральным механизмом письма.

Я заметила, что есть такие учащиеся, которые не могут усвоить грамматику. Они вполне прилично успевают по другим предметам. У них — все в порядке с мышлением, замечательная память.

Но есть некая избирательная, локальная неуспеваемость по русскому языку.

И никто не знает из взрослых людей, окружающих этого подростка — откуда все это берется, почему? В чем причина? А причины подобной безграмотности лежат за пределами школьного образования. Это — дефицит внимания, мозговая дисфункция — дисграфия, то есть незрелость речевых систем коры головного мозга.

И на стыке нейрофизиологии и лингвистики я стала заниматься с учащимися по-другому, в обход школьной программы. Я никогда ни от кого не зависела и не работала с официальными структурами. И счастлива поэтому.

У меня есть возможность преподавать, не соприкасаясь с бюрократией и учреждениями. И вот я уже тридцать лет занимаюсь этим.

Обучаю подростков, имеющих стабильные проблемы с русским языком, идеальной грамотности безо всяких правил и словарей.

Беларусь как оазис спокойствия

— В Беларуси чувствуешь себя в безопасности, — говорит Наташа. — По улицам белорусских городов даже ночью ходишь спокойно, не оглядываясь по сторонам. Тогда как в России чувствуешь себя, как на каком-то полигоне.

Идешь — и не знаешь: откуда тебе прилетит. Мы очень много с мужем ездим по разным русским городам. И опасаемся гулять по вечерам. Я постоянно чувствую реакцию местных жителей.

Это либо наивно-восторженное отношение, либо настороженно- враждебное.

В России мой внешний вид всегда вызывает напряжение. А в Беларуси, кажется, этого никто не замечает: люди смотрят сквозь тебя. Там сейчас время отброшено на несколько десятилетий назад и куда-то вбок.

Я бы не стала это рассматривать как какой-то позитивный момент. Все рецепторы у людей уже атрофировались. Это все от безальтернативного интереса в жизни: потребления.

Все берут кредиты — на квартиры, автомобили, шубы и курорты.

В советском Слуцке было пять кинотеатров и больше десятка книжных магазинов. Сейчас функционирует один кинотеатр и только один книжный, где продаются, в основном, учебники и канцтовары.

Местная газета давно прекратила свое существование.

Если вы думаете, что все это из-за того, что в качестве новых медиа там теперь широко используется Интернет, то ничуть не бывало: особой потребности в нем граждане также не испытывают.

О Нобелевке и творчестве белорусов, живущих не в Беларуси

Нобелевской премии, которую получила белорусская писательница Светлана Алексиевич, героиня нашего интервью искренне радуется:

— Я очень рада и считаю, что это более чем справедливо. У меня не было ни малейших сомнений в том, что это произойдет. То, что премию по литературе получила женщина, да еще и пишущая по-русски, — прецедент, которого никогда не было, и вряд ли он еще когда-нибудь будет.

И мне глубоко отвратительно все то кукареканье, которое поднялось в социальных сетях и средствах массовой информации — в лучших традициях невежественного дискурса «не читал, но скажу».

Все это мы уже проходили 57 лет назад один в один с той лишь разницей, что тогда не было социальных сетей, а теперь каждый идиот получил доступ к интернету, чтобы демонстрировать там свою серость и агрессию.

Белорусским читателям Наташа Романова желает больше интересоваться творчеством своих земляков, которые живут не в Беларуси:

— Многие из них не живут на родине из-за того, что социокультурная ситуация в Беларуси не способствует развитию такого творчества, которым они занимаются и, соответственно, гораздо больше известны в России, чем у себя на родине. Например, писатель и кинорежиссер Владимир Козлов, Антон Кривуля (музыкальные проекты «Волшебная одноклеточная музыка», «Мох», «Котята»), шумовой проект «Струп» и многие другие.»

Источник: https://sputnik.by/lifestyle/20151018/1017901247.html

Ссылка на основную публикацию